Тот факт, что он был первым парнем, в которого я влюбился, и единственным, кто заставил меня взглянуть в лицо кое-каким пугающим вещам о себе… что ж, всему этому предстоит остаться невысказанным.
А потом моя команда размажет его команду в финале. Но так уж устроен мир.
Глава 4
Джейми
Впереди нас ждет спокойная ночь в отеле — чем крайне недовольны минимум половина моих одноклубников. Особенно первокурсники и второкурсники, которые попали на «Замороженную четверку» впервые. Они думали, их ждет непрерывный дикий отрыв, но тренер быстро не оставил от их надежд и мокрого места.
Во время ужина мы даже не успели взять по меню, как он изложил нам правила: отбой в десять вечера, никакого алкоголя, никаких наркотиков и никакого буйства.
Старшекурсники знали порядок, так что никто из нас особенно не бурчал, пока лифт вез нас на третий этаж, где был блок наших номеров. Завтра нам предстоит играть. А значит ночью нужно отдохнуть и постараться выспаться.
Нам с Терри достался 343 номер около самой лестницы, поэтому, когда мы туда добираемся, в коридоре уже никого нет.
За пару шагов до двери мы замираем на месте.
На ковре у порога — коробка. Светло-голубая. Безо всякой обертки, только сверху пришпилена белая карточка с надписью витиеватым курсивом — Джейми Каннингу.
Что за нахер?
Первая моя мысль — это от мамы из Калифорнии. Но тогда на посылке был бы адрес и штамп, а на карточке — мамин почерк.
— Э… — Терри переминается с ноги на ногу, потом кладет руки на бедра. — Думаешь, это бомба?
Я прыскаю.
— Не знаю.
Подойди да послушай. Скажешь, тикает или нет.
Он тоже прыскает.
— Не-а, я вижу, куда ты клонишь. Как это по-дружески, Каннинг, выталкивать на линию огня меня. Забудь, в общем. В конце концов на этой хренотени стоит твое имя.
Мы оба снова утыкаемся взглядом в посылку. Она небольшая, с обувную коробку.
Терри стонет с гримасой притворного ужаса на лице:
— Что в коробке[10]?
— Вау. Цитируешь «Семь», чувак? — Я по-настоящему впечатлен.
Он усмехается.
— Знаешь, сколько времени я ждал этой возможности? Годы.
Мы еще с полминуты дурачимся, давая друг другу «пять», а затем я наконец-таки поднимаю коробку, поскольку все это, конечно, очень смешно, но мы оба знаем, что ничего опасного в этой коробке нет. Засунув ее подмышку, я жду, пока Терри откроет дверь. Мы заходим внутрь, он включает свет и уходит к кровати, а я плюхаюсь на свою и снимаю с коробки крышку.
Морща лоб, я разворачиваю белую оберточную бумагу и вытаскиваю лежащую внутри мягкую ткань.
