Как бы там ни было, но от необходимости отвечать на мамин вопрос я избавлен, потому что внезапно дверь кухни распахивается, и начинает прибывать первая волна.
— Джеймстер! — вопит моя сестра Тэмми. — Вот. Держи.
Не успеваю я возразить, как на руках у меня оказывается младенец.
— Свежее мясо! — хихикает моя сестрица, а ее муж проскальзывает мимо нас, чтобы достать себе пиво.
Я смотрю на малыша.
— Хм. Привет, — говорю ему. Я не видел Тая два месяца и клянусь, за это время он увеличился вдвое.
Он что-то лепечет в ответ с засунутыми в рот четырьмя пальцами.
Потом своей обслюнявленной маленькой ручкой хватает меня за нос.
Тэмми расплывается в широкой улыбке.
— Так здорово, что ты приехал, пацан. — Тэмми тридцать, но она зовет меня «пацаном» с тех пор, как ей было двенадцать, а мне четыре.
Мы с Таем подхватываем из холодильника пиво и отправляемся на веранду, откуда открывается потрясающий вид на залив. Мои родители купили этот дом тридцать четыре года назад перед рождением Джо.
Это единственная причина, по которой они могут себе позволить такой шикарный вид в отличном районе. По мере того, как наша семья разрасталась, у дома появилось пара пристроек, но своя комната у меня, как у самого младшего, была всего один год перед отъездом в колледж. Двухъярусные кровати, драки за хлопья повкусней и шумные семейные обеды — такой была моя жизнь.
Блядь, как же хорошо оказаться дома.
— Думаю, мне стоит добавить в список третий пункт, — говорю я Таю, и он глядит на меня своими круглыми карими глазками, цветом так похожими на мои.
— Детройт, Торонто или Калифорния? — спрашиваю его.
Тай морщит личико и выглядит так, словно обдумывает вопрос. Причем напряженно — очень. Но потом я слышу тихий свистящий звук, его лицо расслабляется, и в тот же миг начинает попахивать кое-чем неприятным.
— Ты наделал мне на часы, да? — спрашиваю я малыша.
Тот моргает в ответ — сплошная невинность.
— А, вот ты где! Джейми!"
"Развернувшись, я вижу Джесс, вторую свою сестру.
Быстро, чтобы она не успела отреагировать, я вручаю ей малыша, а потом звучно чмокаю в щеку.
— Рад тебя видеть, сестренка.
— Ты только что отдал мне обкаканного племянника?
— О, так вот что это за запашок…
— Ах ты! — фырчит Джесс. Мы в семье самые младшие. Ей двадцать пять, и она мне ближе всех остальных. Что означает, что мы доводим друг дружку до сумасшествия.
— Возврат не принимается, — прибавляю я.
Она закатывает глаза.
— Ладно.
