Немец маскируется хорошо, но ведь не с задней сферы. К тому же он живой человек, хоть раз в час почешется и позу поменяет. Сзади его обнаружить и уничтожить сподручнее будет. И хорошо бы, чтобы он на «обманку» с каской купился и разок выстрелил."
"— Вариант неплох, только с одним «но». Допустим, ты его обнаружил и убил. Так ты и себя выдашь. Как возвращаться думаешь? Это больше на авантюру смахивает, на самоубийство.
— У тебя есть другие предложения?
Снайперы переглянулись. Предложение Алексея было дельным, но опасным, и в первую очередь — для него самого.
— Вы только на выстрел его спровоцируйте. Я ведь в одной точке долго в немецком тылу просидеть не смогу.
— Попробуем.
Ночью все четверо оборудовали позиции. Казалось бы — зачем им четыре укрытия? Как запасные. Немец может разглядеть позиции Ведерникова и Балабанова, но не стрелять. Стало быть, на следующую ночь позиции сменить надо.
В полночь они ушли в свою землянку немного поспать.
Алексей спать не ложился — времени не было.
Он поел тушёнки из банки, надел маскхалат и двинулся к передовой траншее.
— Ты чего сегодня так рано? — удивился его появлению знакомый уже ему младший лейтенант, командир пехотного взвода.
— Поближе к немцам хотел оказаться, — Алексей перевалился через бруствер и пополз. Винтовка была за спиной. Руками он ощупывал землю перед собой — не хватало только на мине подорваться.
Место для перехода он приметил уже давно. На левом фланге — речушка небольшая по немецким позициям петляла — место для перехода удобное.
Наверняка немцы там часового держат или даже пулемётное гнездо — ну так их осторожно обойти можно. Однако было у него подозрение, что местечком этим и разведчики пользуются. Как бы в темноте на разведгруппу не нарваться — свою или немецкую.
Опа! Руки нащупали едва заметный бугорок. Мина! Он не стал тратить время, снимая её, а прополз стороной. Руки вспомнили навыки, пальцы чувствительные стали.
Вот и речушка, изгибом своим выходит метров за сто за немецкие позиции.
Шириной она метра четыре, берега илистые, осокой и камышом поросли.
Осторожно, как ящерица — чтобы не было слышно плеска, он сполз в воду. Держась поближе к камышам, стал продвигаться по дну на четвереньках. Речка мелкая, всего в полметра глубиной. Идти в рост — видно будет, плыть — глубина не позволяет. Со стороны посмотреть — может быть, и смешно, да зрителей нет.
Вдруг он услышал тихий разговор, плеск воды и успел забиться в осоку.
