Вернулись они в каптёрку, как новые пятаки — в обновках. Вот только сапёрных лопаток и поясных ремней на складах не было.
— И не ищите, нет их. Мне не жалко, — сказал Виктор.
А малую сапёрную лопатку хотел заиметь каждый, памятуя, как они рыли окопы одной лопаткой вдесятером.
Во время ночной смены караула Алексей услышал далеко на востоке погромыхивание. Это его насторожило. Громыхал орудиями фронт, но он должен быть на западе. Алексей обеспокоился, но бойцам виду не подал. Неужели немцы их обошли и теперь склад в немецком тылу? Тревогу в душу вселило ещё и долгое невозвращение интенданта — ведь прошла уже неделя.
Если ему не дали грузовики, то он сам должен был вернуться — ведь на складах вверенное ему имущество и караул.
Всю ночь он проворочался на жёстком топчане. По всему выходило, что он старший на складе. И теперь он должен решить — бросить склад и увести солдат к своим, или до конца исполнять приказ. Выбор нелёгкий — в армии приказ положено исполнять.
Уже под утро, взвесив все «за» и «против», он решил оставаться на складе и продолжать нести службу.
Но одного бойца отправить на восток. Один человек по-всякому, если голова на плечах есть, должен был к своим пробраться — ведь на складе на многие миллионы народных рублей военного имущества и провизии. Как всё это бросить?
Потом он стал перебирать в мозгу — кого послать? Нужен человек решительный и осторожный. Он остановил свой выбор на Фёдоре. Виктор — парень хороший, но он всё время на складе просидел, живого немца в глаза не видел, фронтового опыта нет.
Да, пожалуй — только Федор способен дойти до своих.
— Ты чего это смурной, старшой? — спросил его утром Семён.
— Тебе бы мои заботы! — хмуро ответил Алексей.
— Радуйся жизни! Стрельбы нет, жратвы навалом, начальство отсутствует… Чем не житуха?
Алексей сделал развод караула и отозвал Фёдора в сторону.
— Тебя ничего не беспокоит? — спросил он его в лоб.
— Громыхает на востоке.
— Что думаешь?
— Похоже, в колечке мы оказались.
— Вот я и сам так думаю. И решил: надо тебе к своим пробираться, сообщить про склад, про нас. Что дальше нам делать? Пусть хоть с самолёта записку сбросят, или ты назад вернёшься.
Фёдор не стал пререкаться. Он сам понимал, что неопределённое положение не может продолжаться долго.
— Когда идти?
— Бери запас продуктов в дорогу и иди.
— Прямо сейчас?"
"Не хотелось Фёдору уходить, и Алексей его понимал. Сытая, спокойная жизнь при складе — вроде отдыха.
