Это была советская карта, но абсолютно чистая, без отметок.
— Вы здесь проходили?
— Так точно, — всмотрелся в карту Алексей. — Немного восточнее, вот здесь, место боя было. Там два немецких сожжённых танка стоят и трупов много. Трупов наших солдат, — уточнил он.
— Это понятно, своих немцы хоронят быстро.
— Немецких частей не заметили?
— Мы больше по лесу да по оврагам. Но не видели.
— Ладно. В разведку вернуться не хочешь?
— Я не против, только в армии приказам подчиняются.
— Поучи ещё! Тут ситуация такая.
Обе разведгруппы в одну ночь понесли потери. Двоих раненых ты и сам видел.
— Так точно!
— Во взводе шесть боеспособных человек осталось, а у тебя опыт есть. Правда, не положено окруженца в разведку сразу брать, он должен себя в пехоте проявить. Только если отдел «языка» не возьмёт, с меня в штабе голову снимут. Ты в тыл к немцам с разведгруппами ходил?
— Не раз.
— Тогда я подготовлю в штабе приказ о твоём переводе. Время позднее, возвращайся пока к себе в подразделение.
Мы тебя вызовем.
— Есть!
Алексей возвращался к себе во взвод и раздумывал, правильно ли он поступил. В разведке служба рискованная, опасная, но и пользы там он принесёт больше. Сейчас он числится в пехоте, а не в снайперах. В любой момент его вместе с другими в атаку бросить могут, а у него даже штыка нет — не комплектовались снайперские винтовки штыками. Не предполагалось, что снайперы в штыковые атаки ходить будут."
"Конечно, служба снайпером ему нравилась больше.
Сам себе хозяин: выбираешь участок, позицию, цель — всё чем-то напоминает охоту. В пехоте же все выполняют одну команду, а Алексей по сибирской, охотничьей привычке был индивидуалист, и сам решал, что и как ему делать. По душе ему была снайперская служба, только в армии твоего желания никто не спрашивает.
Алексей добрался до своей землянки, где его уже поджидал Саша.
— Ну, рассказывай.
— Чего попусту говорить. Капитана помнишь?
— А то!
— В разведку меня взять хочет.
— Опасно.
— Не спорю. Давай лучше спать. Я рано встал, спать охота.
С утра старшина поставил Алексея в дозор. Приказ есть приказ. Алексей выбрался в окопчик впереди траншеи. Чтобы не терять времени, он стал в оптику разглядывать немецкие позиции. Мысленно отмечал для себя выявленные пулемётные позиции, поскольку для пехотинца, снайпера, разведчика пулемётчик — злейший враг.
Он засёк две позиции, не обнаруженные ранее, — даже пулемётчик мелькнул у пулемёта.
