Но телефон всегда включенным держит, странно, что сегодня трубку не снимает.
– Ой, да на беззвучку поставил, и все, нашел, о чем париться, – отмахнулась Марина. – Ладно, мы в ресторан, а ты, как поедешь, позвони.
– А чем тебе тут-то не ресторан, я не пойму?
– Ты же прекрасно помнишь, что я не ем здешнюю еду и кухня эта меня не устраивает, – улыбнулась Марина, убирая в сумку сигареты и телефон. – Поехали, Женька.
Бес
Гнев усыпляет разум, делая язык распущенным, а уши глухими.
Юки ЯвахадаКогда Виола не вернулась ночевать, он почему-то сразу подумал, что искать ее нужно у Ворона.
Не умея прижать его как-то иначе, Мишка, похоже, решился на похищение. Глупый ход. Во всех отношениях глупый. Он, Бес, может запросто проигнорировать этот факт и не начинать никаких переговоров – вот тогда пусть Ворон покрутится и подумает, что делать с абсолютно бесполезной в этом случае Виолой.
Но этот вариант имел один серьезный недостаток – как ни странно, все ту же Виолу. Обнаружив, что муж не предпринимает никаких шагов для ее вызволения, Ветка вполне способна на любую крайность.
С нее станется рассказать Ворону много интересного о Бесе и его делах. Это обстоятельство и заставило Гришку снять трубку и позвонить, нет, не самому Ворону, а для начала его телохранителю.
Удивление в голосе Леона показалось почти натуральным – создавалось впечатление, что он не в курсе, но Бес отмел это. Ворон при желании мог играть не хуже столичных актеров, и охранник был ему под стать. Нет, надо Ветку вытаскивать во что бы то ни стало.
Бармалей, наблюдавший за метаниями хозяина, предложил незатейливый вариант:
– Может, я поеду?
– Куда? – не сразу понял Бес.
– К Ворону. Перетолкую, то-се…
– Ты больной? Перетолкует он! – передразнил Гришка, наливая чай в граненый стакан. – Да Ворон тебя на порог не пустит, тем более говорить с тобой не станет. А даже если вдруг заговорит – думаешь, вернет Виолу? Да с чего бы? Она ему зачем-то нужна.
– Больно много она о вас знает.
– То, что я при ней о делах не говорю, не означает, что она не в курсе, – начал Бес и тут же осекся: признаваться в том, что он не может контролировать собственную жену, а она его – запросто, он не собирался.
– Короче, туфта это все. Но Ветку надо выцарапывать.
– Знать бы еще откуда. – Бармалей явно был уязвлен и настроен мрачно.
– А вот, кстати, действительно откуда? – Бес уселся со стаканом за стол. – Никогда раньше не слышал, где именно Ворон дела свои делает, эти самые, с заложниками.
