– Ой, да брось ты, «прижали»! Так, припугнули слегка. От такого в петлю не лезут.
– Смотря какая психика, – подал голос Леон, и Марина, открыв глаза, уставилась на него.
– Ты мне что, хочешь сказать, что Вова был нежной фиалкой? А конскую дозу снотворного в кофе подмешать не побоялся. Нет, Леон, не складывается. Я почти уверена, что, перед тем как повиснуть на крюке люстры, Вова был уже мертв. И, думаю, эксперты подтвердят мою догадку.
– Тогда мы возвращаемся к вопросу: кто? И зачем? Или за что?
– Выходит, что так.
Говорю же: надо думать."
"– Слушай, Леон, а не мог его кто-то из ваших? – вдруг спросил Женька, наливавший воду в чайник.
Леон удивленно перевел взгляд на него:
– Из наших? Да с чего?
– А ты прикинь. Я тебя просил Марата пощупать, но ты ведь не успел еще?
– Ты думаешь, это Марат?
– Я не думаю. Я прикидываю.
– Мотив?
– Не знаю пока. Но вот мне так кажется.
– Ты все-таки думаешь, что Мирза как-то замешан? – нахмурилась Марина.
Хохол взъерошил выбеленный ежик волос, присел на подоконник, кивнул:
– Я в этом почти уверен.
И сейчас Мирза кинется зачищать контакты, если узнал, что я к Касперу ездил.
– Да Суриков-то при чем?
– Марат, кстати, мне говорил, что Вова многовато вопросов задает, – вклинился Леон.
– Марат мог это и придумать.
– Погодите, – поморщилась Коваль, – я совсем запуталась, кто в этом клубке кому Вася. С чего Мирзе Сурикова убирать? Он ему никто. Вряд ли он в принципе знает о его существовании. И вообще голова у меня разрывается. Так что извините, мальчики, пойду я…
Она встала из-за стола, вышла в коридор и внезапно упала, потеряв сознание.
Марина пришла в себя в спальне. Открыла глаза, увидела озабоченное лицо склонившегося над ней Женьки.
– Напугала… Да не вскакивай ты, лежи спокойно.
Вошел Леон с мокрым полотенцем, передал Хохлу, и тот аккуратно уложил его на лоб жены.
– Вот так. Может, врача вызовем?
– Не надо. Какой смысл в уколе анальгина? – Она шептала, с трудом ворочая языком.
– Хотите, я из машины покрепче принесу? – предложил Леон.
– У меня всегда с собой неплохой ассортимент.
– Ты что, наркодилер? – хмыкнул Хохол.
– Нет, я контуженый, и у меня бывают такие же головные боли, – не принял шутки Леон, и Женька устыдился.
– Не обижайся, это я пошутил неумно. Так что, котенок, мы воспользуемся таким великодушным предложением?
Марина покачала головой и тут же схватилась за виски.
– Ох, черт! Не надо, так полежу…
– Это бесполезно, – махнул рукой Женька. – Пойдем, Леон, я тебя провожу.
