– В ваших же интересах, – ректор посмотрел на нас, – чтобы все осталось таким же, каким было до вас. Я ясно выражаюсь?
– Не волнуйтесь, ректор Сэйсарион, – заверил демона Лестер, – мы будем предельно аккуратны.
– Очень на это надеюсь, – хмыкнул демон. – Вперед! Держать разрыв между мирами сложно, скажу я вам.
– Я первый! – засуетился Алистер. – И ты пойдешь со мной, – хохотнул он, хватая опешившую Мэвис за руку и утягивая ее в переливающееся пятно.
– Меня подождите! – рванул за ними Лестер.
– И мы не будем оттягивать, – подцепив ладонь Кэрай, мы вошли с ней в разрыв вместе, спустя секунду, чувствуя теплый ветер на коже и ощущая ароматы морской свежести.
Пришлось пару раз моргнуть, чтобы поверить в увиденное. Далеко-далеко в разные от нас стороны тянулась бело-золотая полоса песчаного пляжа. Часть его облизывали лазурные волны моря, на которых спокойно качались птицы. По другую сторону раскинулся тропический лес с разной высотой пальм и многочисленными лианами, переплетающимися между ними.
Сквозь зелень в некоторых местах проглядывали белые цветы, а где-то крупные оранжевые плоды, висящие высоко-высоко под самыми кронами. Это был настоящий рай, в котором солнце грело душу, в котором не наблюдалось тьмы и все тревоги и печали остались в настоящем, жестоком мире, где я родился и вырос.
«Вот бы остаться здесь навсегда. Кэри с Мэвис следили бы за домом, готовили пищу, которую мы с парнями добывали… а все те, кто остался на темных землях Леаль, встретились с гневом темного бога, отдавая ему свои души…»
В один миг стало так тошно, что хоть вой.
Глупо было отрицать, я не видел решения проблемы. Кэрай была в опасности, и я даже представить не мог, что буду делать.
«Нужно рассказать парням и сестре, они поймут… А если нет? – червячок сомнения грыз изнутри. – Если осудят и только усложнят и без того неразрешимую проблему? Как тогда быть?»
Интуиция уговаривала довериться им и не делать преждевременных выводов.
Меня, Мэвис и близнецов многое связывает, как и повидали мы вместе тоже немало. Мы никогда и ничего друг от друга не скрывали, тогда почему же я закрылся сейчас от них? Почему боюсь увидеть осуждение в их глазах? С этими чувствами, бегущими по венам, я стал неуверенным в себе. Любовь… делает слабее, это бесспорно, но именно она позволяет дышать полной грудью и увидеть то, что недоступно демону с холодным сердцем.
