***
Тарийский торговый трехмачтовик, расправив паруса с гербом своей страны - черным коршуном на синем фоне, - медленно и величаво выходил из Королевской Гавани Арелата.
Эта птица снова напомнила мне о Кьере Корниле. Демоны, ну почему я все время о нем думаю? И почему не могу найти себе места от мысли, что он меня ищет, а если найдет, то будет очень и очень зол! Настолько, что...
Я вновь вздохнула, пытаясь представить, что меня ждет, если лорд Корнил все же обнаружит свою беглую невесту. Затем по привычке уставилась на покрытое белыми барашками беспокойных волн море, пытаясь найти в нем умиротворение.
Надеюсь, Боги все же милуют!..
Я не знала, что уготовили Они для меня в далекой и неизвестной Тарии, на языке которой я говорила так же свободно, как и на родном, но очень хотела верить, что там меня ждут свобода и счастье.
Только вот... Почему же мне все время так тревожно?
Глава 8
Как же хорошо мне жилось в Толоссе и как спокойно и легко в нем дышалось!
Да и сам город казался мне невообразимо прекрасным.
Нет, все же не настолько красивым, как мой любимый Арелат, совершенно справедливо прозванный жемчужиной Адрии, но столица Тарии тоже произвела на меня неизгладимое впечатление.
И вовсе не из-за того, что я ни разу не выезжала за пределы Арелата!
Раскинувшийся в живописных предгорьях непреступных Самосских Скал, построенный на пяти холмах, город сбегал по их склонам к побережью теплого Адрийского Моря. Надежно защищенный высоченными горами от ветров, Толосс утопал в зелени, нежась в лучах жаркого солнца.
Так как столице Тарии не приходилось отвоевывать у моря каждый кусок - вернее, клочок! - свободной земли, то строились здесь вольготно, с размахом. Улицы были широченными, почти все вымощены тщательно обработанным булыжником, подогнанным один к одному. По ним вполне могли разъехаться две кареты, не грозя зацепиться рессорами или же раздавить замешкавшихся пешеходов. В богатых кварталах дома стояли трех, а то и четырехэтажные, сменявшиеся зеленью скверов или общественными садами.
Впрочем, в Толоссе были и районы попроще и победнее, где после заката - как, в принципе, и в любое другое время суток! - приличным девушкам лучше было не показываться. Например, в квартале, примыкавшем к шумному порту, где вовсю промышляли контрабандой, или же в том, что располагался у подножия Мартаннского Холма, где процветала проституция.
В такие места заглядывать я не спешила, посматривая совсем в другую сторону.
