Поэтому он, кажется, вот-вот пропустит побег собственной невесты из-под венца!
Уговаривая себя не нервничать и успокоиться - еще одного пожара мне сейчас только не хватало! - привязала трясущимися руками веревку к одной из балок, поддерживающих балкон. Затем решительно перелезла через перила и скользнула вниз. Слишком спешила к Арьену, поэтому не смогла замедлить скорость. Грубая пенька врезалась в ладони, раздирая их в кровь. Но я не обратила на боль внимания, потому что через несколько секунд оказалась объятиях любимого.
- Дана, солнце мое! - Арьен прикоснулся губами к моей щеке.
Затем поцеловал - быстро, в спешке. Я же, закрыв глаза от счастья, прильнула к нему. Попыталась вжаться, раствориться, чтобы никогда его больше не отпускать.
- Надо спешить! - он все-таки меня отстранил. - Я договорился с Томассом, он будет молчать. Но твое отсутствие скоро заметят.
Кивнула. Заметят, конечно же! Но не раньше, чем согласуют с братьями из Ордена сумму ущерба. А так как там был Вургент, который будет торговаться до потери пульса, это может затянуться на неопределенное время.
"
"- Арьен, ты все-таки пришел! - вот и все, что я смогла вымолвить, шагнув за ним в лодку. Она угрожающе закачалась, но сводный брат со смешком прижал меня к своей груди. - Ты приехал за мной!
- Куда же я денусь? - улыбнулся он.
Голубые глаза прищурились, и Арьен окинул меня одобрительным взглядом. Я тоже смотрела на него и не могла налюбоваться. Он был удивительно красив - самый лучший, самый любимый мой мужчина!.. - высокий, широкоплечий, голубоглазый, а от его улыбки у меня всегда замирало сердце.
Впрочем, рассудка я не лишилась, поэтому решила не говорить ему о сгоревшем Храме Святого Ареуса и о том, что он опоздал на целый день. Потому что он не опоздал! Арьен все же пришел за мной, а то, что нас с лордом Корнилом чуть было не обвенчали этим утром...
Но ведь не обвенчали же!
- Быстрее ложись! - приказал он. - Надо тебя спрятать.
Я покорно опустилась на дно, и на меня сверху тут же полетело грязное, пропахшее рыбой тряпье.
Затем Арьен отвязал лодку, взялся за весло и, напевая незатейливый мотивчик, принялся грести. Я же лежала на дощатом полу и, немного отодвинув тряпки, чтобы не задохнуться от вони, смотрела на него, не в состоянии отвести глаз.
За эти два года он изменился, возмужал. Все тот же мой любимый Арьен, но уже немного другой. Когда мы расстались, он был юношей, а теперь превратился в мужчину. И этот Арьен меня интриговал, потому что я не знала, что от него ожидать.
