Мимо сидящих на скамьях, шепчущихся незнакомых мне людей, которых отчим с мамой почему-то захотели пригласить на нашу свадьбу. Или же они сами пришли, решив посмотреть на венчание тарийского лорда и дочери когда-то сильнейшего мага Арелата Хенрика Лиссанта?
Среди присутствующих также были и маги, я прекрасно чувствовала их вибрации. Наверное, кого-то из этих людей я даже видела на похоронах отца, но сейчас не узнала ни одного. Даже мысль о смерти отца на этот раз не вызвала у меня привычной боли. Потому что грудь сковал ледяной холод.
Он опутал меня с ног до головы, с каждой секундой подбираясь все ближе и ближе к сердцу.
- Ты очень бледная, - встревожено произнес лорд Корнил.- Как ты себя чувствуешь?
Хотела сказать, что ужасно, но вместо этого прошелестела:
- Прекрасно.
Кажется, он не поверил, но мне было все равно.
- Я попросил, чтобы церемония была короткой и по существу. Думаю, нам осталось отмучиться всего лишь полчаса.
- Всю жизнь!.. - пробормотала я. Как же он этого не понимает? - Всю оставшуюся жизнь!
На это лорд Корнил ничего не сказал, но мне показалось, что на его лице впервые промелькнуло выражение сочувствия.
Но отступать он не собирался. Быть может, потому что на войне так и не научился отступать?
А ведь она-то давно закончилась!..
Наконец, замерли возле дородного, бородатого священника в длинном золотистом одеянии. И я покорно склонила голову, а затем преклонила колени, опустившись на специально приготовленную подушечку.
На будущего мужа смотреть не стала, но знала, что он рядом, тоже стоит на коленях перед священником, затянувшим молитву во славу Святого Ареуса, и не спускает с меня обеспокоенного взгляда.
Но ему не о чем было тревожиться - дурить или падать в обморок я не собиралась.
Вместо этого уставилась на дорожку, идущую к золотому алтарю, украшенному цветами, приношениями и чашами с курящимися благовониями. Тут на хорах грянули, затянули церковный гимн, и это вызвало у меня новый приступ отчаяния.
Если церемония сокращена, но через два-три гимна нас спросят о согласии. И мне придется ответить «Да!», потому что мое «Нет!» все равно уже ничего не изменит. Только расстроит маму, сидевшую в первом ряду рядом с отчимом, а нас так и так обвенчают. Потому что брачный договор давно уже подписан, скреплен печатью и заверен у нотариуса.
И я заморгала, прикусив губу, борясь с накатившей волной отчаянья, принесшей с собой нежданные слезы.
