Подтягивается, что ли, напрягается. Медленно поворачивает голову к двери.
И возвращает взгляд к Дружининой. Чуть наклоняет голову набок. Он смотрит на нее остро, угрожающе. В черных глазах
понимание. Догадка.
— А давай кофе, — едко улыбается. Пальцы вцепляются в бегунок молнии, и Гера расстегивает куртку. Все его движения
нарочито неспешные и точные. Он возвращается в прихожую, вешает куртку на вешалку, проходит на кухню.
К горлу подкатывает тугой ком; Рада уже не хочет поить Артёма кофе. Она хочет, чтобы он ушел.
Немедленно! Ему пора
уходить. Антон имеет дурную привычку приходить раньше.
Дружинина идет вслед за Герой. Тяжело опускается на стул. Сцепляет пальцы и яростно ищет убедительные слова, чтобы
выпроводить его.
Дверной звонок разрывает тишину. Рада вздрагивает и вскакивает с места. Смотрит в сторону двери, но не решается пойти
открыть ее. Почему-то застывает, как каменное изваяние.
Гергердт смеется и, как будто удивляясь, спрашивает:
— Гостей ждешь? Мармеладка, ты что уже и с Антошкой замириться успела? Ну даешь! Мне прям взгрустнулось.
Дружинина слышит второй протяжный звонок и мечтает о том, чтобы Антон ушел. Вдруг он разозлится и уйдет. Было бы
хорошо.
Теперь у нее разрывается сотовый. Он лежит в заднем кармане джинсов, но у Рады нет сил и смелости достать телефон.
Гергердт стремительно подается в прихожую.
— Артём! — Рада хватает его за рукав свитера.
Гера послушно останавливается. Его губы презрительно искривлены, и в глазах усмешка. Но он стоит, позволяя ей
высказаться.
Или попросить.
По ее спине пробегает холодок.
— Артём, возьми себя в руки.
— А хулиганов нет, а руки под пальтом, — певуче растягивает он и ждет ее дальнейших оправданий. Нелепых, любых. Ему
просто интересно, что Рада будет говорить. — Боишься, что я что-нибудь с ним сделаю?
— Нет, можешь хоть убить его, — деланно равнодушно реагирует она, хотя внутри все начинает дрожать. Сердце колотится.
Расслабляя пальцы, отпускает рукав свитера, и Гера срывается в прихожую.
— Ой, цвет-у-ли, — язвит, заглядывая в глазок.
— Точно Антошка, да? У него ж на роже написано, что он сексом в носках
занимается. Подожди, это что ж получается… Задержись я на пару часов… приди завтра… и все – измена? — изгаляется он
и открывает дверь.
А Рада закрывает ладонями лицо и сползает вниз по стенке. Дрожит. Она не хочет смотреть на то, что сейчас будет"
"происходить. Она и не видит этого. Только слышит. Но звуки доносятся как с испорченной пленки. С заезженной пластинки.