Вы же сами смотрели на себя в зеркало, вам все понравилось, — попыталась успокоить меня медсестра.
— Я не готова к тому, чтобы встретиться с мужчиной.
— Но он уже три месяца сюда ходит, носит фрукты, цветы. Он ждал, пока с вашего лица снимут бинты и вы сможете встретиться.
— Хорошо, пусть зайдет.
Дверь палаты распахнулась, и я увидела взволнованного Михаила.
— Ты?
— Я.
Он положил мне на кровать роскошный букет и сел в кресло.
— Ты меня в Хургаде прокатила со свиданием, и я решил наверстать все в Москве. Ты хорошо выглядишь.
Я покраснела и закрыла лицо руками.
— Ты мне льстишь. Мое лицо собирали по кусочкам.
— Оно стало еще красивее прежнего.
— А как ты меня нашел? Как ты узнал, что я здесь лежу?"
"— Ты лежишь здесь уже несколько месяцев. Когда случилась авария, мы с Клавой следом за полицией прибыли на место происшествия на такси. Авария была достаточно сильной: столкнулись в лоб две машины. Никто не верил, что в этой аварии кто‑то сможет уцелеть. Ты знаешь, когда я увидел, что осталось от вашей машины, у меня волосы встали дыбом.
Первым заметили Валида: он был просто спрессован. Я сразу понял, что он мертв, слишком долго ждали «Скорую». Прибывшие врачи все же пытались нащупать у него пульс, но безрезультатно. Я кричал, что нужно пытаться вытащить из машины тебя, но это арабский мир, поэтому сначала попытались спасти своих и лишь после того, как врачи и полицейские удостоверились в том, что все остальные мертвы, они принялись за тебя. Ты была очень сильно зажата грудой искореженного металла, лежала без сознания, и все думали, что ты тоже мертва… Никто не верил в то, что ты выживешь.
Тебя очень долго извлекали из‑под сплющенной двери машины. Когда тебя достали и все же нащупали пульс, то тут же перенесли в машину «Скорой помощи», совершенно необорудованную: вместо носилок в ней был обыкновенный пляжный лежак. Ты вся истекала кровью, видимо, очень сильно ударилась головой при столкновении. Твоя жизнь висела на волоске, и надеяться можно было только на чудо. Я ехал с тобой в госпиталь и винил себя за свою беспомощность.
Позже в госпиталь приехала Клава. Твое состояние ухудшалось прямо на глазах, и врачи говорили о том, что у тебя вообще нет никаких шансов. Мне было больно смотреть на тебя. И все же мы все в тебя верили и хватались за последнюю соломинку. Ты нас словно услышала и выжила. Я добился того, чтобы тебя отправили в Москву и ты продолжила лечение здесь.
— Господи, даже страшно подумать, сколько денег ты потратил!
— Дело не в деньгах.
