Видимо, такого поворота он не ожидал.
Калинин, параллельно слушавший диалог Есипова с Кучеровым, на немой вопрос губернатора пожал плечами:
– А что? В принципе, это возможно.
– А дальше что?
– У Есипова спросите! Похоже, он просчитал все до мелочей.
– Да? Ну, ну! Если дело выгорит, Николаю следует памятник поставить.
Губернатор спросил в динамик рации:
– Слышишь меня?
– Слышу!
– Ты не учел одного, Коля! Спуск с «вертушек» на крышу клуба могут заметить не только боевики Абделя, но и его наблюдатели.
Николай задумался.
Да, это обстоятельство могло реально свести на нет все усилия спецназа, более того, могло привести к гибели и его, Есипова, и ребят-парашютистов. И тут его словно осенило.
Он спросил:
– Вы говорили, что сообщник Джабара в поселке пользуется радиостанцией, идентичной тем, что используем мы?
– Да!
– Мне кажется, я знаю этого сообщника!
Кучеров выразил изумление:
– Ты это серьезно?
– Да! Слушайте, Геннадий Анатольевич! Отдайте команду немедленно найти и задержать некоего Германа Шевцова! К задержанию целесообразно привлечь капитана местной милиции Владимира Соболева! Только взять Шевцова надо аккуратно.
У него есть станция нашего образца, и Шевцов может подать сигнал тревоги!
– Откуда тебе это известно?
– Не важно! Не теряйте времени. И еще, этот Шевцов недавно вернулся из зоны.
Видимо, там и был завербован бандитами. Он труслив, так что его вполне можно заставить работать на нас!
– Добро! А как насчет наблюдателей с противоположного берега?
Николай думал недолго:
– Поднимите в воздух пару вертолетов. Прямо сейчас. Пусть эту ночь они барражируют вдоль реки, не уходя далеко от усадьбы Аракевича, и прожекторами освещают берега. Оба берега. Это не позволит бандитам, если они на самом деле осуществляют наблюдение за клубом, что-либо заметить в небе над ними!
Кучеров согласился:
– Что ж, вариант приемлем.
Так и сделаем! Но что эффективного сможет сделать группа из пяти человек, действуя с чердака?
– А вот это, извините, мы обсудим сами! Но… штурм пойдет с двух направлений.
– Какое же второе направление?"
"– Правая, глухая стена клуба. За которой находится сцена. Она сложена кое-как и непрочна.
