Хозяин «жирной» фирмы помог, и вчера вечером Мария Владимировна прибыла в пансионат, надежно укрытый от цивилизации в глубинах России, сам при этом ярчайший образчик достижений той самой цивилизации, от которой удалось спрятаться.
Пансионат и усадьба по соседству, за высоченным забором.
Странное существо человек!
Старается убежать от людей, машин, грохота и суеты, ищет местечко тишайшее, чтобы нико-го-никого вокруг, дабы надышаться, подумать в неспешности чистой природы... И тут же окапывается, окружает себя полным набором достижений той самой цивилизации, комфорта, и с непременным пультиком под рукой.
Хорошо! Выехал на природу, подальше от людей!
«Чего умничаешь? — одернула себя Маша. — А сама-то! «Мне что-нибудь поглубже в природу, подальше от суеты, шума и по высшему разряду». Молчала бы уж! Небось на байдарках сплавляться не потащилась и в палаточку с костерком в ча-шобе непролазной комаров кормить не захотела. Сидишь вон в номере люкс, винцо потягиваешь, рассвет наблюдаешь!»
— И что тут у тебя происходит, Мария Владимировна? — спросила себя вслух.
— То про детство вспоминаешь, то критике и философствованию предаешься. Сбрендила? Устала.
И не понимала, как сильно устала. А сейчас поняла.
Такой многолетней, закаменевшей, чугунной усталостью.
И хотя развод был легким, как-то между делом, но пять лет не скомкаешь, как ненужную бумажку, и не выбросишь в мусорник. Но она уговаривала себя, что за эти годы сделала о-очень много и о-очень многого достигла и можно сделать вид, что семейная жизнь — это незначимо, ее совсем как бы и не было — и тьфу на нее.
Небольшая ошибка в процессе работы.
Но тьфу не тьфу, а она себя винила за то, что не разобралась в людях, позволила помыкать собой и не спорила — лишь бы не трогали, за то, что ни черта не видела и не замечала. Да за все винила!
И ей стыдно было перед самой собой и людьми, что так долго терпела и жила с чужим человеком. Весь месяц после развода она уговаривала себя: «Забудь. Прости всех, и себя в первую очередь, и забудь!»
И она старалась, старалась отпустить, забыть — вон в медвежий угол с пятизвездочным комфортом укатила.
Юра попыток поговорить не бросал — звонил с завидной настойчивостью и регулярностью, намекал на раскаяние и желание повиниться, Маша бросала трубку.
Кто-то засмеялся внизу у входа в корпус, она перегнулась через ажурную кованую решетку балкона.
Молодая парочка целовалась на выложенной камнем дорожке, ведущей в сторону пляжа.
Ну вот. Начался новый день.
