– Я этой поговорки лет сорок не слышал. Откуда подхватил, если не секрет?
– Да какой секрет. – Алексей закрепил кобуру с сякенами чуть выше запястья и проверил, насколько легко они вынимаются. – Дядя Витя поделился.
– Виктор Петрович? Стрельников? Так он же… Казалось, изумлению полковника не было границ.
– Через пару-тройку месяцев закончит курс омоложения.
– Понятно, откуда ты такой взялся. – Лацис широко улыбнулся. – А то тут про тебя такое наболтали, я честно говоря, не поверил.
– Там еще Вин Хо поучаствовал, – подал голос Исаковский.
– Тоже жив старый черт? – Лацис провел ладонью по лицу. – Дела… Небось, уже сыпется старая кошелка?
– Думаю, что через те же три месяца будет как огурчик. – Алексей закончил экипироваться и встал.
– Ну, если две легенды взялись за одного хлопца, думаю, толк будет. – Лацис одобрительно осмотрел Алексея. – Потом найди меня, расскажешь, как дело было.
– Хорошо. – Алексей сосредоточенно кивнул и, пожав руку, вышел из кабинета.
– Товарищ подполковник, я хотел бы забежать по дороге в гостиницу.
– Там что-то из снаряжения?
– Можно и так сказать. – Алексей кивнул головой. – Домашний любимец. Хочу взять с собой.
– Что же там у тебя за любимец, капитан? – задумчиво произнес Исаковский.
– Думаю, этим, – Алексей мотнул головой, – понравится.
Алексея с Малышом высадили метров за сто от отдельно стоящей усадьбы. Трехэтажный дом, окруженный мощным кирпичным забором, в темноте зимней ночи едва угадывался смутной громадиной. Малыш уже растворился в ночи, а Алексей, постояв минуту, пошел по снежной целине к едва освещенным воротам.
Внутрь его втащили, стоило лишь подойти к калитке.
Двое бойцов в добротной, но устаревшей тульской броне «Витязь» деловито его обыскали, найдя, правда, лишь «Жадину».
– Дывысь, Петро. Яка цацка гарна у москаля. – Один из проводивших обыск бойцов покрутил пистолетом у носа напарника. – Такий пид одягом сховаешь и нэзабачешь.
– Зажмем? – деловито спросил второй.
– А то, – первый хохотнул, – москалику усе равно ни до чегу.
Ходы.
Он ловко спрятал пистолет в карман куртки и толкнул Белого в спину автоматным стволом.
– Дохтур вже зачекався.
Легкие, но прочные кандалы, в которые заковали Алексея, стоило ему перешагнуть порог дома, позволяли только семенить мелкими шажками, к тому же согнувшись. Его отвели в большую, хорошо освещенную комнату с каменным полом, посадили в глубокое кресло, прихватив мощными захватами, и только потом сняли цепи.
