Удвоив осторожность, Алексей стал приближаться к источнику шума и застал окончание схватки знакомых ему только по каталогу зверей. Ревун, похожий на огромного тигра, но с более массивным телом на длинных лапах и вытянутой зубастой пастью, схватился со стаей зверей, названных переселенцами «черные волки». Ревун крутился на месте, раздавая волкам чудовищные плюхи, от которых бронированные костяными панцирями стокилограммовые туши разлетались, словно снаряды, ломая деревья и проделывая настоящие просеки в переплетении ветвей.
Будь черных волков чуть меньше, вопрос о победителе не стоял бы совершенно. Но стая из трех десятков особей медленно и неотвратимо дожимала гиганта. Нападали волки слаженно и скоординированно, словно обладали разумом. Пока одна тройка отвлекала внимание, другая успевала подскочить и нанести тигру несколько глубоких ран. Какое-то благоразумие еще вяло шевельнулось в голове Алексея, но он уже вскидывал приклад денантора к плечу.
Несмотря на пулеметный темп стрельбы, ему удалось выпустить всего лишь три заряда, пока волки сообразили, что их начали убивать с другой стороны.
Две тройки, вильнув по окружающим поляну кустам, кинулись с двух сторон почти одновременно. Алексей начал стрелять, ориентируясь на шевеление ветвей, но, видимо, недостаточно точно, потому что пятеро волков смогли преодолеть последние метры. Импульс гравидеструктора смял самого быстрого еще в прыжке. Увернувшись от бесформенного комка мяса и костей, Алексей упал на колено и успел результативно выстрелить еще раз, когда взвывшее тревожной сиреной чувство опасности заставило его буквально вжаться в траву, пропуская летящее, словно снаряд, тело над собой.
Переворачиваясь на спину, он вывернул ствол, всадил заряд прямо в пролетающую тушу и, крутанувшись на песке, вскочил на ноги. Как раз, чтобы встретить оставшихся в живых выстрелами в упор. При этом один из волков успел зубами почти мимолетно коснуться брони, взрезав ее на всю глубину и вывернув титановые пластины.
Белый подстрелил еще пятерых, когда оставшиеся в живых кинулись врассыпную.
Огромный зверь обернулся по сторонам и негромко, но явно торжествующе рыкнул и завалился на бок. Даже издалека было понятно, что ревун не жилец. Многочисленные раны, нанесенные волчьими когтями и зубами, кровоточили, и под тигром образовалась топкая лужа. Шкура, принявшая зеленый цвет после падения ревуна на траву, начала потихоньку чернеть, еще через секунду глаза его подернулись дымкой, и он умер.
