К литературе они отношения не имеют, это дурное чтиво для простого народа о вымышленных разбойниках.
– И что?
– А вот что. Помнишь, когда мы в Слободзее прошлой осенью обыскивали избу Самсонова, там обнаружились такие же книжонки?
– Самсонова? – встрепенулся главный городской сыщик. – Это не того ли самого?
– Того, – подтвердил Лыков и пояснил Кириакову: – Лукьян Самсонов – убийца семьи Коганов, помните, в Тираспольском уезде, в селе Слободзея? За это убийство вот-вот повесят двух дураков.
А умные сбежали: один – это Степка Балуца, а второй – Лукьян. Его мы тоже по горячим следам не поймали. А он где-то здесь, в Одессе.
Азвестопуло скривился:
– Думаете, это ему каин библиотеку составляет? Маловероятно. Скорее тут просто совпадение.
– Может быть. Но что, если я прав?"
"Сыщики начали рассуждать. Улик против Пружинера не было, его сегодня собирались освободить. Алексей Николаевич предложил сделать это незамедлительно, но установить за старьевщиком наблюдение.
Вдруг да выведет на след? Самсонов – не Балуца, так, второстепенная цель. Но он тоже убивал, его место на виселице рядом с остальными. Кроме того, Лукьян мог знать что-нибудь про Степку. Бойня в Подмосковье в будке путевого сторожа не шла у Лыкова из головы. Преступников там было двое. Возможно, сообщником атамана выступал как раз Самсонов – вот и ниточка.
Предложение коллежского советника приняли. Уже через час барыга вышел из ворот городского полицейского управления.
Огляделся по сторонам и пошел домой пешком. Вид у него был довольный. На Кузнечной Пружинер заглянул в кошерный ресторан, где задержался надолго. К себе на квартиру он явился лишь к вечеру. Спустя десять минут его племянник шмыгнул во дворы через черный ход. Он долго плутал по окрестностям, облазил всю Молдаванку и постоянно проверялся. Наконец парень зашел в трактир на Головковской улице. Пробыл там всего минуту и вышел. Уже не таясь, племянник вернулся к дяде на квартиру.
А в трактир ворвались сыщики.
В грязной половине они застали компанию из семи человек, которые распивали водку. Агент Репич, разглядев публику, сразу ухмыльнулся:
– Здорово, воры! Сколько лет, сколько зим!
– Знакомые ребята? – подхватил Азвестопуло.
– Как родные мне, ваше благородие. Вон с краю Васька Дубин, что покрал кассу завода Шполянского. Рядом Шмуль Розенталь по кличке Ментанагол – первый на Конной площади щипач.
