Чуть что, они поднимут хаёшь.
– Тогда бандиты вырвутся из столовой и взять их в хаотичной застройке будет сложно?
– Бенимунис [30], это так!
Коллежский советник подытожил:
– Тяжелое предстоит задержание.
День прошел трудно. Лыков с Азвестопуло с нетерпением ждали ночи. Ведь высока была вероятность, что Степан Балуца окажется в той обжорке. И его удастся взять вместе с другими.
Наконец стемнело, и операция началась. Сперва пришел взвод учебного батальона и укрылся в саперных казармах. В последний момент военные решили боевых патронов солдатикам не давать – вдруг сгоряча перестреляют своих же? Только у поручика Редкобородого и трех унтер-офицеров были при себе заряженные револьверы.
Одновременно с армией со стороны Водопроводной улицы и Сенной площади в бандитский район вошли три отряда городовых. Не вступая в разговоры с аборигенами, они быстро продвинулись к Ананьевскому переулку и оцепили двор обжорки с тыла. Караул из босяков у задней калитки был бесшумно снят.
Лыков вынул браунинг и прислушался.
Изнутри доносилась разухабистая песня:
– Что нам рупь, что нам два?Наплевать на все права.Нам законы нипочем:Сразу в рожу кирпичом."
"– Погоди-ка, – насторожился коллежский советник. – Не наши, что ли? Мотив вроде тот, а слов не помню…
Тут певцы перешли к следующему куплету:
– Мы ребята-ежикиВ голенищах ножики,Любим выпить, закусить,В пьяном виде пофорсить.– Наши, – обрадовался питерец. Снял фуражку и перекрестился: – Ну, с богом!
Через черный ход внутрь обжорки ринулась арестная команда.
Первым летел Бойсябога, за ним поспевали Лыков, Азвестопуло и околоточный Кисломед.
– Руки в гору!
Алексей Николаевич вынырнул из-за широченной спины Гаврилы и увидел комнату, набитую молодыми парнями устрашающего вида. Их было больше двух десятков. Бандиты пили водку, играли в карты, у некоторых на коленях сидели девки. Дым от курева клубился под потолком.
Появление полиции ребят не испугало, а рассердило. Рослый детина вскочил и крикнул:
– Вона как? Хлопцы, клей их по сурлу! [31]
Неужели Степка? По приметам вроде похож.
Лыков кинулся на парня с кулаками. Тут началось такое, чего даже опытный сыщик никогда прежде не видел. Вместо того чтобы сдаться или кинуться наутек, скоки вступили в отчаянный бой с полицией. Тон задавал главарь: он мгновенно выхватил из сапога финку. В иной ситуации Алексей Николаевич выстрелил бы ему в голову, но, если это правда Херсонский, сыщик хотел взять его живым. И, убрав пистолет, пошел с голыми руками на нож.
