Мое короткое платье не позволяло больших маневров, но я плотно сдвинула ноги, прижав колени друг к другу.
– Твоя ненависть еще не делает тебя неуязвимой от меня, Грейс. – Губы Адама растянулись в алчной усмешке. Наша перепалка возбудила его, и его глаза светились вожделением, а дыхание участилось. – Это не значит, что твое тело не может получать того, чего желает.
Его свободная ладонь легла на внутреннюю поверхность моего бедра, и все, что нас разделяло – это тонкий шелк моих чулок.
Низ моего живота отяжелел, и внутри все заныло от вновь проснувшегося желания.
Я ненавидела себя за слабость, но не могла подавить это в себе.
– Раздвинь ноги, – велел Адам, потому что я все еще плотно сжимала бедра, хотя мои ноги и дрожали.
Я упрямо покачала головой.
– И не подумаю!
– Грейс, это приказ. – Он не повышал голоса, но тон, которым были произнесены эти слова, вызывал холодные мурашки на моем позвоночнике.
Понимая, что другого выхода у меня нет, и проклиная себя за беспомощность, я послушно разжала бедра, немного разведя их в сторону.
Этого было достаточно, чтобы показались мои черные трусики-танго.
Да, не слишком много места для воображения.
Я зажмурилась и откинула голову на спинку дивана. Не хотела видеть то, что он собирался делать, и не хотела, чтобы он видел в моих глазах… желание этого.
Мое белье было уже достаточно влажным, чтобы он ощутил это, когда его ладонь накрыла меня.
– Разве нужны другие доказательства того, что ты хочешь быть оттраханной мной? – Низким голосом, в котором чувствовалось удовлетворение, произнес Адам.
Мне хотелось провалиться сквозь землю. А еще я хотела, чтобы он не останавливался. Желая создать трение, я слегка поддалась бедрами вперед, прижимаясь к его горячей ладони.
Мое лицо пылало от стыда и вожделения; желания прикосновений Адама; желания почувствовать его в себе.
Я ненавидела его всеми фибрами своей души, но казалось, что моему телу нет до этого дела.
Оно жило своей жизнью, требуя к себе внимания.
– Такая горячая и влажная, – пробормотал Адам, надавив большим пальцем на мой клитор сквозь тонкую материю белья.
Я вскрикнула и до боли закусила губу, тщетно пытаясь сдержаться. Мои бедра толкнулись навстречу его руке. Мне хотелось, чтобы он прекратил и чтобы никогда не останавливался. Моя плоть жаждала его прикосновений, не ограниченных какой-либо одеждой.
– Тебе нравится это, Грейс.
