Я любила книги, но предпочитала их читать, а не таскать тяжелыми стопками и монотонно расставлять по полкам. Но мне нужна была работа, и когда делать было нечего, я могла учиться.
В общем, помощник библиотекаря – не самая плохая работа, которая у меня была. Хоть и самая скучная.
Когда в восемь библиотека закрылась, мне пришлось собрать свои вещи и выйти на улицу. Я знала, что машина от Адама уже ждет меня – я двадцать минут пялилась на нее в окно, от волнения кусая ноготь большого пальца.
Это опять был «БМВ», наверняка с моими прежними конвоирами.
Я гадала, зачем я понадобилась Эллингтону и не собирается ли он сегодня перейти на более интимный уровень в наших отношениях. Я не была к этому готова (сомневаюсь, что вообще когда-то буду), но казалось странным, что больше всего меня беспокоит то, что на мне далеко не новое белье с дешевой распродажи.
Ругая себя за идиотизм, я спустилась по ступенькам и, не сбавляя темпа, направилась к авто, возле которого стоял – вот неожиданность то! – Молчун.
– Мисс Колдвел. – Мужчина кивнул мне и раскрыл передо мной заднюю дверцу.
Я забралась на сиденье и, нервничая, сжала руками кожаную обивку. Чем ближе была встреча с Адамом, тем больше я психовала.
Мы проделали тот же путь, что и три недели назад, а потом поднялись в лифте в квартиру 205. Я не заметила, как мой провожатый испарился, когда мы вошли внутрь.
– Да, Луис, завтра будет подписан окончательный контракт, – услышала я голос Адама, и он возник в моем поле зрения, показавшись из-за большой колонны с ровными линиями.
– Теренс был в бешенстве, когда услышал, что произойдет с его компанией. – Он усмехнулся, и, заметив меня, сделал знак рукой входить. Я продолжала торчать в холле, переминаясь в нерешительности.
– Он сам виноват, я давал ему шанс, – сказал он своему собеседнику, наблюдая за тем, как я подхожу ближе. – Теренс знал, что будет, если не вытащит компанию из ямы за отведенный срок.
Он на некоторое время замолчал, слушая ответ, который я, естественно расслышать не могла.
Я ничего не могла сделать со смущением, которое испытывала под его внимательным взглядом. Его глаза были как сканеры, мне казалось, он видит меня насквозь. Чувствует мой страх и мою неуверенность; мою робость перед ним."
"Ожидая, пока он закончит разговор, я отошла к окну, глядя на вечерний Чикаго. Небо уже полностью потемнело, и миллионы огней зажглись, чтобы осветить людям предстоящую ночь.
