– Грейс, мы найдем ее, – пообещал Адам, обхватив мое лицо ладонями. – Все будет в порядке. Хорошо?
Наверное, я выглядела хуже, чем чувствовала себя, потому что он как-то странно смотрел на меня.
Я кивнула, думая только о том, чтобы моя подруга осталась жива. Крики внизу не замолкали, и оставалось только догадываться, сколько людей пострадало от взрыва.
– Если с ней что-то случилось, это я виновата, – пробормотала я, чувствуя, как мое горло сдавило от подкативших рыданий. – Я настояла, чтобы она пошла с нами.
– Грейс! – Адам легонько встряхнул меня, твердо посмотрев в мои глаза. – Все с ней будет в порядке. Все наладится, детка. – Он досадливо поморщился, когда первая слеза скатилась по моей щеке. – Ну же, ты нужна мне. Соберись, Грейс!
Я зажмурилась, смахнув слезы со щек. Я услышала его, и глубоко вздохнув, приказала себе не поддаваться отчаянью.
– Ладно, я в норме. – Я еще раз глубоко вздохнула. – Порядок.
– Хорошо. Сейчас ты останешься здесь, и пока я не вернусь, никуда не выходи, поняла?
– Адам, нет…
– Грейс! – В его глазах вновь появилась сталь.
– Будь здесь, это приказ. Я хочу убедиться, что внизу безопасно. Как только смогу, я приду за тобой.
Хоть и нехотя, но я сдалась. Меня трясло, и словно могла развалиться на части, я обхватила себя руками.
– Пожалуйста, найди ее, – умоляюще молвила я и Адам кивнул.
– Адам, – позвала я, когда он уже почти вышел за дверь.
Мужчина обернулся.
– Будь осторожен, – прошептала я, испытывая страх за него.
Ничего не ответив, он послал мне еще один кивок и закрыл дверь за собой.
"
"Ожидание – чертовски паршивое состояние. Особенно когда ты не знаешь, что именно произошло, кроме того, что что-то очень нехорошее. Когда одна из твоих лучших подруг там, в хаосе, и ты не знаешь, жива ли она или нет. Не знаешь, сколько жертв оставил после себя взрыв, которого просто не должно было быть.
Почему? Откуда? За что?
Осторожно переступая осколки стекла и куски штукатурки, я со страхом подошла к окну, смотря на безумие, творившееся внизу.
Пожарные, полиция и скорая уже были здесь. Те, кто мог, уже выбежал из клуба. Пострадавших выносили на носилках, а тем, кто в состоянии был передвигаться сам, помогали выйти.
Люди кричали, пытаясь отыскать своих друзей; девушки плакали. Я прижала ладонь ко рту, давясь рыданиями. Боль в ноге только дала о себе знать, и казалось, что место пореза горит в огне.
Еще недавно красивый, нарядный интерьер клуба превратился в руины.
