Хотелось винить Ястреба, хотелось орать от ненависти к нему. Но это эмоции, а вот разум твердил другое: неприятности отца начались задолго до его появления. А значит, на месте Петра мог оказаться любой?
– Хватит! – когда мысли стали напоминать скулёж, я заставила себя остановиться и сделать то, что задумала. Действовать надо! Спасаться! Рвать, как пластырь с незатянувшейся раны. Нет мне места в этом доме, в этой жизни, что уже никогда не станет только МОЕЙ."
"В последний раз осмотрела свою комнату, подхватила рюкзак, небольшую дорожную сумку и выскользнула.
Ноша была тяжелой, но я не чувствовала. Шла по проверенным ступеням, только бы не скрипнуть.
Замирала от любого шороха. Казалось, я спускаюсь целую вечность! И когда вдохнула свежесть ветра, рассмеялась. Брела по улочке медленно, осматривая красивые дома, хотелось просто насмотреться на всё это, чтобы было что вспомнить.
Я копила отцу на подарок, поэтому периодически снимала наличку, а то Ларка ещё та любительница украсть мой телефон и опустошить карточку.
В копилке набралась небольшая сумма, которой мне должно хватить на месяц. Но первым делом нужно найти жильё.
На аренду, естественно, рассчитывать не приходится, поэтому я взяла путь в сторону электрички. Моя бывшая одноклассница Светка Ложкина жила в пригороде, в бывшем рабочем посёлке. Мы дружили до седьмого класса, а когда из нашей школы, по просьбам некоторых зажравшихся семей, сделали элитный лицей, ей пришлось перевестись, потому что таких денег у её семьи просто не было.
Но мы не перестали общаться. Дружили так, что ни дня не проходило без долгих разговоров по телефону. Я заочно знала всех её одноклассников, а она моих. Мы учили стихи вместе, решали задачи, писали сочинения. Она порой была мне ближе, чем родная сестра.
Когда я добралась до нужного места, то уже светало. Вдоль железнодорожных путей раскинулись чёрные от гнили бараки, в огородах лаяли собаки, а из жестяных гаражей-ракушек слышался рёв двигателей.
Сверила адрес и вскинула голову.
Два этажа, и лишь одно светящееся окошко моей подруги. Я даже улыбнуться не успела, как к стеклу прижалась её мордочка. Ждёт…
Взбежала на второй этаж и практически упала в её объятия, выпуская эмоции наружу.
– Входи, Ариш, входи. Да, не дворец, но зато тепло, правда? – она улыбнулась и стёрла слёзы. – Есть хочешь? Замёрзла? Чай?
– Чай, – закивала я, скидывая с себя теплый пуховик, под которым было ещё несколько курток, что не уместились в сумку.
