Да и похоже, не один — скосив глаза, я увидел набор трубок, змеившихся откуда-то и кончавшихся на большой белой блямбе локтевого сгиба. Так, что еще?
М-дя, такой порнографии, как больничная сорочка, я давно не видел. И, самое главное, судя по ощущениям штанов на мне явно не было, все то, что ниже пояса, было прикрыто простыней. Фигня какая-то. А собственно, что я помню? Покушение на Русанова, очевидно удавшееся. Потом вдруг незнакомый город, незнакомые люди, хотевшие навертеть во мне лишние дырки, мое показательное выступление по стрельбе и затем отключка.
Все? Все.
Теперь вот я лежу на больничной койке, судя по виду в какой-то ВИП-палате, и задаюсь вопросом, как я здесь оказался. Первый вариант — я все-таки выжил после покушения на Русанова. В таком случае все сходится, у работодателя не просто ДМС, а обширнейшая медстраховка в пакете документов, подписанных мною позавчера. Но…
Но вот та стычка на улице вчера в эту схему не укладывалась. Нет, я, конечно, знаю, что мозг на грани смерти может подкинуть что угодно, в том числе и такую простую картинку.
Я попытался вспомнить что-то еще… И тут словно плотину прорвало.
Стоп, стоп! Отставить панику и трезво разберемся в этом потоке кадров чужой жизни. Теперь систематизируем то, что я увидел. Я — Александр Апраксин, младший наследник рода Апраксиных, мне восемнадцать лет от роду. Отец — граф Леонид Апраксин, как раз тоже владелец заводов и тэ дэ по списку, а также торговец всем и вся. Ну разумеется, кто не помнит «Апраксин двор»? Только вот в здесь на этом месте разместился крупнейший в Санкт-Петербурге торгово-развлекательный центр, один из крупнейших в… Российской Империи? Упс.
Что? Я теперь еще и попаданец в параллельную реальность? Нет, приятно, конечно, книжечку на ночь почитать про этакого великого нагибатора, попавшего в чужой мир и ставящего его в позы из Камасутры, но, чтобы это случилось со мной?
Но тут мои размышления по поводу чужих воспоминаний грубо прервали. Дверь палаты беззвучно открылась и на пороге возникла весьма себе симпатичная медсестричка с пыточным набором в виде утки.
Почему пыточным? Потому что медсестричка была вполне себе, а мое теперь молодое тело среагировало естественно понятным образом. Да так, что утка не смогла бы принять правильное положение.
— Кхе… — прохрипел я, чтобы избавиться от возникновения нелепой ситуации.
— Ой… — она чуть не выронила утку. — Господин граф, вы проснулись?
— Типа того, — хотел сказать я, но из горла вырвалось лишь хрипение.
