— Да-да, виноват! — я примирительно поднял руки.
— Завтрак сюда я подать вам не могу. Раз вы ходячий больной, придется спуститься в малую столовую, — строго сказала она.
— Хорошо, сейчас иду! — ответил я, и полез в шкаф за одеждой. Хоть тренировочный костюм одеть, не в пижаме же по особняку ходить? Слуги засмеют.
Убедившись, что миссия по приведению бывшего воспитанника выполнена, Герда Иоганновна довольно кивнула, и гордо покинула мое обиталище. Да, насчет пожрать она права, желудок уже начало противно сосать. Ну что, пойдем подкрепимся?
Глава 4
Уроки, уроки, опять одни уроки… Словно вернулся в школьное детство.
А, пардон, вру. Нет, в вузе учиться по-другому, и мне это нравилось больше, вспоминаю себя в молодости. Никого сверху, учись, как хочешь. Главное, экзамены не забывай сдавать. Ну и прочие коллоквиумы-клоаквиумы, задействуемые преподами для лишнего окошмаривания студентов.
Вспоминая свою студенческую молодость, скажу — одно из самых лучших времен было. И вот теперь, на старости лет второй раз в вуз… Точнее, в третий — два у меня на счету уже было в моем мире.
И надо немного подтянуть пропуски — особо-то я не учился, мне все давалось настолько легко, что, если бы я захотел, то закончил бы всю эту бодягу очень быстро. Но нет, а как же веселая студенческая жизнь? Не, не надо никуда спешить. Надо брать от студенческой жизни все, что имелось.
Первым делом я включил болталку и позвонил Ваське Лопухину. Пришлось ждать пару минут, пока он не отвлечется от важных пацановских дел и не соизволит подойти к ноуту.
Наконец, блюкнуло, и на экране появилось заплывшее от пересыпа лицо Лопухина-младшего.
— Здорово! Дрыхнешь штоль?
— Здорово. Ага. От колес в сон клонит, — он поморщился.
— Что, рука?"
"— Да. Рану почти залечили — наш целитель постарался, ты же его знаешь. Обезболивающими только накачал плюс к своей волшбе.
— На сколько наказан?
— Ни на сколько. Вообще нет, — запротестовал он. — Предки посмотрели запись, выяснили что моей вины там нет. Правда, подзатыльник от отца получил.
— За что? — удивился я.
— За что вора бьют? За то, что попадается? А спортсмена?
— За проигрыш? Ну мы же вроде организованно отступили, да там и победить было нельзя, силы неравны.
— За то, что пулю словил, — пояснил Васька. — Маман была в диком шоке, а Машка наоборот, рада.
— Чему тут радоваться? — опешил я. — Что брата ранили?
Да уж, Мария Лопухина была тот еще подарочек. Особенно когда ее пубертатом накрыло, мелкая стерва превратилась вообще в конченую.
