Миха молчаливо ел себя, дочь его в полный голос кляла тупые поисковики, раз за разом повторяя одни и те же безуспешные операции, и вдруг…
— Бинго! — сказала Васька и щелкнула по монитору ухоженным ноготком. — Вот она твоя фоточка. И, кстати, классная. Ты ей совершенно точно понравился, Миш… А скажи…
— Спасибо, ты мне очень помогла, Василиса, а теперь я хотел бы сам… — затараторил Миха.
— Да ладно, не бзди ты так отчаянно и не суетись! Очень смешно при этом выглядишь, пап, — тут Миха испытал легкий шок, потому что Васька назвала его отцом, пожалуй, впервые в жизни.
— Я все понимаю: небось, переспал, после забоялся сложностей и серьезных отношений, сбежал, потом опомнился да поздно. Если все так, выглядит действительно отстойно.
— Василиса!
— Но то, что ты выписываешь вокруг своих чувств сейчас, так мило! — и ухом не поведя, продолжила дочь, а после, осмотрев Миху с ног до головы и задержавшись взглядом на его физиономии («Глаза хищные, морда кирпичом, характер нордический, ага!»), добавила: — И сам ты сейчас такой пусечка!
— Вась…
— Пусечка! Короче, садись на мое место и давай, займись уже этой твоей Ильзой.
И помни: я тебя… — Васька вздохнула, явно на что-то решаясь, а Миха и вовсе забыл, как дышать. — Я тебя люблю, пап. Хоть ты и безответственный, как считает мама. Да к тому же, как выяснилось, еще и трусло.
— Я тебя тоже люблю, Вась, — чувствуя, что вот-вот самым позорным образом пустит слезу, выдавил Миха. — Ты это знаешь.
— Знаю, — откликнулась Васька и ушла на кухню, где вскоре зашумел чайник.
"
"С монитора ноута на Миху смотрел он сам — фото во весь экран. Волосами играет ветер, во рту невесть откуда взявшаяся травинка (вообще в памяти не осталась!), в глазах что-то такое, особое, лениво-тягучее… Или даже затягивающее. Так вот каким его увидела Ильза! А что? А очень даже ничего еще: и физиономия такая… матерая, мущинская, и плечи вполне себе широкие, пока не ссутулившиеся под гнетом суки-жизни, и даже пузо своевольно круглеть боится — ведет себя смирно, прячется хоть и не за пресловутыми «кубиками», но все-таки не за слоем свеженького жирка, а за вполне крепким прессом.
Да и член еще очень даже годен к несению службы… Хотя сейчас, конечно, вообще речь не о нем, а вовсе даже о другом важнейшем органе — о сердце, которое так и норовит от никуда не девшегося волнения пуститься вскачь.
Ильза…
Фотография Михи, по которой Васька все и выискала, обнаружилась в одной из социальных сетей.
