– И, развернувшись, быстро направилась к берегу.
– Не споткнитесь! – насмешливо бросил он вслед.
Но она споткнулась. Зацепившись мыском босоножки о камень, потеряла равновесие, смешно пискнула и полетела на песок, уронив книгу и планшет. Боли никакой не ощутила, лишь досаду.
«Ничего страшного», – утешала себя Валя, представляя выражение лица «ковбоя». Стараясь сохранить остатки достоинства, она сделала торопливую попытку подняться и увидела предложенную руку Павла.
– Держитесь, все же вас нельзя надолго оставлять одну.
– Спасибо, я сама.
Валя посмотрела на него строго и многозначительно: «Если бы вы об этом не сказали, я бы не упала», – и поднялась самостоятельно.
– Не ушиблись?
– Нет."
"Павел наклонился, поднял книгу, планшет, небрежно смахнул с них песок и протянул Валентине. Он уже собирался что-то сказать, но взгляд упал на угол планшета, где прописными оранжевыми буквами было жирно написано: «Профи-круз», и пририсована симпатичная звездочка (путеводная, видимо). Стандартная реклама на канцтоварах.
Ручки, блокноты, бумажки для заметок с логотипом – обычно эти приятности дарят клиентам или раздают сотрудникам фирмы. Да, реклама, без всякой претензии на судьбоносность.
– «Профи-круз» – турагентство, которое вас сюда отправило, пообещав море удовольствия? – чуть приподняв брови, поинтересовался Павел.
Сердце екнуло. Валентина тихо вздохнула и запретила интуиции подавать голос. «Молчи, молчи, молчи», – умоляюще застонала она, не нуждаясь в подсказках. Зачем она, если и так ясно, услугами какого агентства воспользовался Павел Этлис, собираясь отдохнуть на побережье полуострова Оса.
Это было написано на его лице.
«Соврать или нет?»
О, спасительное вранье, хвала тебе! Несколько слов – и черное станет белым, холодное – теплым, шершавое – гладким. Несколько слов – и буря не разразится, ураган не обрушится, смерч не пронесется. И правда не всплывет, и никто ничего не узнает.
Капелька лжи. Прозрачная капелька лжи.
Нужно сказать «да». Это легко объяснит наличие у нее планшета.
А подробности – лишние, они совершенно ни к чему.
– Нет, – ответила Валентина, чувствуя озноб при двадцатипятиградусной жаре. Ноги стали ватными, сердце мелко задрожало, всхлипнуло и выдало жалобную дробь: «Ой! ой! ой!» Волнение подкатило к горлу и на миг лишило дара речи.
Она тонула, тонула по доброй воле, и виной тому были все те же профессиональная гордость и упертость.
– Но вы как-то связаны с ними?
– Да.
– Вы работаете в «Профи-круз»?
– Да.
