После того, как за Игорем закрылась дверь, я вернулась к прерванному разговору:
— Но не кажется ли вам, девочки, что настал час вывести на чистую воду того загадочного ведьмака, который приходил к тебе с расспросами, Зоряна? — я была настроена весьма воинственно и не скрывала этого.
— Ну, я могла бы наслать на него «Могильную гниль» — неуверенно протянула Карина, смущённо улыбаясь при этом — только это не заклятие, это зелье, готовится в определённый момент на свежей могиле отступника или лиходея.
Некромантка раскраснелась, описывая нам такие ужасы, что мы невольно поморщились и решили оставить «Могильную гниль» на самый крайний случай.
Карина сидела за столом, довольная от того, что смогла внести свой посильный вклад в общее дело. Мы упорно гадали, внося то одно предложение по поимке злобного ведьмака, то другое, но пока не пришли к единому знаменателю.
Васино «узнать тебе его, Зоряна, подлюку, в толпе, потом крикнуть нам, а мы уж наготове с мешком из-под репы стоять будем, изловим и уничтожим после страшного допроса» я отмела сразу, как не выдерживающее никакой критики.
Туда же, на свалку плохих идей, отправилось предложение Карины создать глиняный голем колдуна и с его помощью уничтожить мерзавца. Так что, не придя ни к какому общему знаменателю, мы расстались с Зоряной возле «Сиплого борова». Она обещала ещё подумать и к завтрашнему утру выдать нам конструктивное решение.
Несмотря на то, что мы угрожали ей помочь в процессе «думания», мы дружною женскою командой отправились в школьную столовку на ужин и легли спать пораньше.
За последнее время я очень уставала на занятиях, мне доставалось не только на травознании профессора Пересвета, но и на заклинаниях Бориса Вышенега, а милого и улыбчивого декана некромантов я и вовсе справедливо опасалась ещё с первой пары. Так что я ложилась на свою кровать и проваливалась в сон.
В отличие от того колдуна, который после начала занятий в Школе спать совсем перестал, зачастую ощущая приливы неконтролируемой агрессии и немотивированного гнева.
Так и сейчас — едва только он пересёк столичные ворота, как почувствовал укол поискового заклятия штатного колдуна, стоящего на воротах рядом со служителем Ордена. Колдун, который выпустил поисковое заклятие, равнодушно раскланялся с человеком в тёмном плаще, справедливо узнав по дару своего коллегу — ведьмака. Амулет связи на шее человека в тёмном плаще не являлся запрещённым артефактом, поэтому штатный жандармский колдун скоро забыл об этой встрече.
