Понятия не имею, будет ли это для мужа приятным сюрпризом, или ударом.
Попрощавшись со всеми, прошу Миру открыть багажник, чтобы перенести вещи из её автомобиля в наш.
Под гулкий смех и шёпот выходим на улицу. Мне неловко и стыдно. Наиль непривычно молчалив и сдержан, когда подхватывает пакеты и одним махом грузит их на заднее сиденье.
С силой захлопнув дверь, взмахивает рукой и прощается с Мирой.
Я оборачиваюсь, повторяю жест и юркаю в душный жаркий салон, в котором на полную мощность работает обогрев.
Сняв пальто, пристёгиваюсь ремнём безопасности.
Вдохнуть сложно, щёки горят, а губы пульсируют.
Когда Наиль садится на водительское место и не торопится трогать, понимаю, что до дома с новостью дотерпеть не получится.
— Что происходит, Поль? — спрашивает взволнованно, повернувшись ко мне корпусом.
Под цепким проницательным взглядом снимаю с лица маску. Затаиваю дыхание. Замечаю, как брови Наиля взлетают вверх. Пытаюсь улыбнуться, но тщетно.
— Это отёк. Когда он сойдёт, то губы будут в два раза меньше, — спешу заверить мужа.
Он включает свет в салоне и, обхватив пальцами мой подбородок, сощуривается. Смотрит то в глаза, то ниже.
Тёплое дыхание опаляет лицо, сердце усиленно качает кровь. Чёрт. Я даже перед строгой мамой никогда не испытывала того, что сейчас.
??????????????????????????— Бля-я… — шумно выдыхает.
— Некрасиво? — вскидываю подбородок.
Пульс разгоняется, зашкаливает. Наверное, не такой реакции я ждала. Бля — это что-то похожее на разочарование.
— Красиво, — сдержанно отвечает.
— Но мне и раньше всё в тебе нравилось.
— Мне в тебе тоже, Наиль, — тут же выпаливаю. — Ты ведь изменился не меньше меня, просто со стороны этого не замечаешь, а я с первой секунды, с первого взгляда…
Эмоции на лице мужа сменяются со скоростью света. От удивления до протеста и обратно.
— Другая причёска, стиль, манера общения. Я сразу же это почувствовала.
— Не находишь, что это немного разное? — кривовато усмехается.
Я пытаюсь высвободиться из его захвата, покрутив головой в разные стороны.
Когда ничего не выходит, крепко сжимаю зубы и отказываюсь отвечать.
— Я не сказал, что мне не нравится, Полька, — более спокойно произносит муж после короткой паузы. — Непривычно. Кажется, будто не ты.
Наиль кладёт ладонь на мой затылок и, зарывшись пальцами в волосы, притягивает к себе. Во мне зреет протест.
— Все мужики топят за естественность, но дрочат почему-то не на неё, — резко отвечаю.
На губах мужа проскальзывает едва уловимая улыбка.
