— Прежде, чем осуждать меня — посмотри, как поступаешь с людьми ты? Ладно, хрен с ними, с людьми… С собственным мужем?
Показательно открыв карман, девушка выуживает оттуда заколку. Мою. Самый простой крабик, украшенный стразами по контуру.
— Понятия не имею, о чем ты.
Звучу тихо и сипло. Кровь в венах нагревается и вскипает, а затем резко приливает к лицу. Парировать мне, по сути, нечем.
— Прекрасно имеешь.
Я вскидываю взгляд. Замечаю, что не только у меня раскраснелись щёки, но и у Насти. Вид чуточку безумный.
Глаза бегают, губы приоткрыты. Зрачки расширены и впиваются в меня с осуждением. Ясно, как божий день — она бы всё отдала, чтобы быть на моем месте.
Лифт наконец дёргается и начинает идти вверх. Казалось бы, должно полегчать, но безумно колотит.
— И что дальше? — дёргаю плечами. — Можешь прямо сейчас предоставить доказательства Наилю — вдруг повезёт и он меня бросит?
Встав на ноги, ломлюсь вперёд, когда двери разъезжаются. Делаю глубокий вдох. Слышу надломленную речь в спину:
— Я могу быть какой угодно в твоих глазах, но точно не буду подлой.
Пусть это останется на твоей совести, Поля.
Мотнув головой, направляюсь к двери, ведущей в офис мужа. Тот, который он открыл чуть больше, чем полгода назад. Собственными стараниями и умом.
Взявшись за ручку, оборачиваюсь. Лифт закрывается, кабина плавно едет вниз. Настя не выходит, но это не означает, что она больше не наведается к Наилю.
Отстукивая шпильками по кафелю, направляюсь к кулеру с водой.
Жадно выпиваю весь стакан до единой капли. Утоляю жажду.
— Здравствуйте, Полина…
Помощница в приемной приветливо улыбается и предлагает принести чай или кофе, а я смотрю на неё и думаю: она тоже догадывается, что в нашей семье не всё так гладко? Это настолько явно видно? Всем или только избранным?
— Благодарю. Не надо.
Постучав в кабинет Наиля, не дожидаюсь ответа и толкаю дверь от себя.
Муж не один — рядом с ним, придвинув стул к рабочему столу, сидит парень в синей рубашке и очках в чёрной оправе.
Нас ранее представляли, но я сильно выбита из колеи, чтобы взять и вспомнить его имя.
Застыв в проеме, нахожу опору плечом. Скрещиваю руки на груди, смотрю на Наиля. Как отрывается от монитора, удивлённо вскидывает брови. Блуждает по мне взглядом.
В сердце махом вонзается тысячу мелких иголок.
— Можешь ненадолго спуститься? — спрашиваю дрогнувшим голосом. — Галина Сергеевна возвращается домой.
