Это жутко приятно, но уже неактуально…
Я нехотя открываю глаза и встречаюсь взглядом с Сашей. За грудной клеткой печёт, потому что он неотрывно смотрит. Задев колючей щекой мою кожу, делает слегка щекотно и чуточку больно. Но я не отталкиваю… Вялая и разнеженная. Мне просто лень.
— У тебя родинка в форме ромба, — шепчет Журавлёв. — Прикольная.
Усмехнувшись, растерянно касаюсь его затылка и прохожусь кончиками пальцев по жестким, как проволока, волосам.
Я даже не сомневалась в том, что пока лежала с закрытыми глазами, Саша рассматривал меня всю от и до.
Но родинка в форме ромба?.. Тяну губы в улыбке. Что за чушь?
— А у тебя венка пульсирует на виске, когда ты психуешь и волнуешься. Сейчас тоже?
Мы вспотевшие и липнем друг к другу, а ещё пахнем почти одинаково. Да что там. Вся спальня насыщена одним-единственным запахом.
— А ты как думаешь?
Сил, чтобы вести серьезные разговоры, почти нет, поэтому несем что попало. Я понимаю, что пора бы прекратить и исчезнуть, но почему-то продолжаю лежать.
— Ничего не думаю, Саш.
Облизываю сухие губы, перемещаю руку с затылка к виску. Надавливаю на вену. Чуть-чуть. Та никак не может утихомириться — трепещет и неистово бьётся.
— Пиздец, Поля, — тихо произносит Журавлёв. — Я, кажется, в тебя влюбился.
Хриплый глубокий голос вызывает мелкую вибрацию и дрожь. Я беззвучно открываю рот, чтобы съязвить или подстегнуть, но почему-то не могу.
Качаю головой, отрицаю. Скольким девушкам он говорил об этом, затягивая в свою паутину?
— Ты такой дурачок, Саша.
Почему-то подобная шутливая манера общения в эту минуту уже не кажется забавной, но на красивых губах напротив появляется улыбка, а горячая ладонь начинает ехать по ноге и бедру, переходя на внутреннюю сторону и задевая ребром набухшие половые губы."
"Я понятия не имею, сколько у нас времени, и хватит ли его на что-то ещё, да и нужно ли, но решительно свожу вместе колени и стремительно поправляю белье.
— Не надо.
Мотнув головой, отрываюсь от подушки. Убираю настойчивые руки со своего тела, ставлю ступни на пол и поднимаюсь с кровати.
Слышу за спиной долгий и разочарованный выдох.
Чувствую себя излишне пьяной и неадекватной, хотя на деле в организме не осталось ни грамма алкоголя.
Пошатывающейся походкой направляюсь к ванной комнате, дёргаю ручку и закрываю дверь, испытывая почти облегчение от того, что можно спрятаться и собрать себя в кучу именно здесь — наедине с собой.
Настроив тёплую воду, снимаю насквозь мокрое белье.
