К слову о родственниках: Дин прибывает последним, входя в парадные двери за несколько минут до того, как должна появиться Кеннеди. Все мои товарищи по команде оборачиваются, чтобы посмотреть на него.
– Виноват. Рейс задержали. – Он кивает в мою сторону: – Привет, чувак!
Я беру его за руку, обнимаю и пару раз хлопаю по спине.
– Рад, что ты пришел, придурок.
– Спасибо за приглашение, придурок. Прости, что опоздал.
– Ты как раз вовремя. Кенни уже едет. Есть новости от твоей семьи?
Он качает головой, на его лице появляется беззаботное выражение.
– Нет. Они слишком заняты поисками мужа для Мэллори, чтобы праздновать счастье Кеннеди. Ты же знаешь, какие они.
Я знаю, какие они, хотя ни мне, ни моей жене не приходилось сталкиваться с их закидонами в течение почти двух лет. Ее мать почти не пытается с ней общаться, а Кеннеди ни разу не вышла на связь с той ночи, когда я с ними познакомился.
Что, похоже, к лучшему. Единственное, что когда-либо делали эти люди, – заставляли Кеннеди сомневаться в своей состоятельности.
В последние два года я сделал все возможное, чтобы убедиться: она больше никогда не усомнится в себе.
Ирония заключается в том, что мы с Кеннеди поженились лишь потому, что она почувствовала себя жалкой и обиженной, ведь что ее бывший решил жениться на ее сводной сестре. Но время всегда расставляет все по местам. Коннор и Мэллори так и не дошли до алтаря, потому что, по словам Дина, постоянно ссорились из-за недостатка доверия друг к другу.
Я думаю, так и происходит, если строить отношения на лжи.
Такие люди всегда подозревают своих партнеров в обмане.
– Увидимся позже, – говорит Дин и занимает место в первом ряду с той стороны, где будет стоять Кеннеди.
– Они здесь, – сообщает мне Кай, прижимая к груди свою все еще спящую дочь.
Монти встает в центре, лицом к толпе, я занимаю место слева от него, а мой брат стоит позади меня.
Монти кладет руку мне на плечо:
– Готов?
– Да.
Я подпрыгиваю на цыпочках от волнения.
– Макс, – спрашивает Монти у моего племянника, стоящего рядом и держащего меня за руку, – ты готов? Помнишь, что нужно делать, когда войдет твоя мама?
Голубые глазенки сверкают, Макс с энтузиазмом кивает деду.
Элвис из глубины зала показывает Монти поднятый вверх большой палец, и двери открываются.
Миллер с букетом в руках входит первой. Она встает в очередь в конце прохода, улыбается своему отцу, сыну, мужу и, наконец, мне.
Макс подбегает к ней, по пути давая пять моим товарищам по команде.
