— Не может быть, — покраснела Баринова, — я избавилась от нее, причем не вчера, а намного раньше.
— Тем не менее на вашем сайте она есть в списке свободных сиделок, — возразила я.
— Компьютерщик идиот, — разозлилась хозяйка фирмы, — забыл удалить имя!
Глава 20
Вернувшись в офис, я безуспешно поискала Димона, собрала тех сотрудников, кого нашла в офисе, рассказала им о беседе с Бариновой. Потом спросила, в каком состоянии Анна.
— В том же, — уточнил Илья, — лежит в палате на аппаратах. В отношении суицида есть у меня сомнения.
Ну какая у певицы причина, чтобы покончить с собой? Она очень хотела пробиться, не один год лезла наверх, на износ работала.
— Похоже, Анна не отличалась особой щепетильностью, — остановила я Аверьянова, — ее один раз задержали за проституцию.
— И отпустили, — сказал Димон.
Я повернула голову на звук:
— Не слышала, как ты вошел.
— У меня ботинки, как у кошки лапы, — улыбнулся Коробков. — Надумал проверить еще раз более тщательно биографию Анны. Побеседовал с Виктором Маловым, начальником отделения, куда будущую звезду вместе с феями ночной трассы привели.
Оказалось, это он Ливрову прихватил, в тот год еще не сидел в теплом кресле, по улице бегал. Полицейским сообщили адрес, где работает бордель, который прикидывался ночным клубом. Они туда прискакали и замели всех девиц и клиентов. Прихватили и Аню. Но она никого не обслуживала, не на кровати с мужиком валялась, сидела одна в маленькой комнате, там только гримерный стол был, зеркало и стул. Малову Ливрова спокойно объяснила:"
"— Не продаюсь за деньги.
Я певица. Меня сюда пригласили для выступления.
Коробков поморщился.
— Ну и как должен был поступить служивый? Перед ним ярко накрашенная девица в кожаных шортах, сетчатых колготках, ботфортах, вместо майки или рубашки на красавице кожаная размахайка. Ага! Певица она! Большой театр! Такая же шлюха, как все, да еще и врет нагло. Ее товарки попроще, массажистками назвались. Но вскоре после того, как толпа девушек оказалась в отделении, начальник велел отпустить Анну.
Ничего не объяснил, просто приказал:
— Ливрова уходит. Она поет под гитару, музыкант.
У того, кто в то время руководил отделением, уже ничего не спросишь, он умер. Но у Виктора создалось впечатление, что босс знал проститутку, может, был ее клиентом. Почему он так решил? Задержанных запихнули в обезьянник, девицы начали кричать, топать ногами, требовать воды, ругались, свистели. В общем, вели себя как обычно, но в тот день шум рассердил шефа.
