И вот что интересно! Необычная татушка, сделанная там, где очень редко накалывают картинки, была и у Наты, помощницы Игрова, я видела ее, когда девушка упала в туалете, поскользнувшись на мокром полу.
— Веселый сюрприз от балерин, солисток Большого театра, — закричал Леонид, — восхищаемся и аплодируем Алисе Мироновой, Кате Чуриной и Кристине Безденежной.
Стриптизерши, рассылая воздушные поцелуи, побежали по залу.
Я встала, догнала девушек, когда они направлялись к двери, и сказала:
— Кристина! Вы, случайно, не теряли айпад?
— Да, — удивилась та, — маленький, в розовой обложечке, на ней картинка.
Зайчик с бантиком. А вы откуда знаете?
— Одевайтесь и выходите на стоянку, — велела я, — верну вам гаджет, он у меня в машине.
— Ой! Правда? — обрадовалась студентка. — Где вы его нашли?
— В кафе на столике, — пояснила я, — вы там его забыли.
— Через десять минут прибегу, — пообещала Безденежная.
— Настоящий торт привезут? — нервничала Раечка. — Или только отлично сделанным муляжом подразнят?
— А вот и роскошная «Шоколадно-фруктовая бомба», — возвестил Леонид.
— От Александра Селезнева, лучшего кондитера Москвы и Европы. Только что самолетом из Монако, из кондитерской «Ривьера Монте-Карло» доставили.
В зал вкатили здоровенный торт с массой горящих свечей."
"— С днем рожденья тебя, с днем рожденья тебя, — запели официанты, — с днем рождения, Ваня, с днем рожденья тебя!
Под гром аплодисментов мой муж взял из рук метрдотеля другую лопатку.
— Задувай, — закричал народ, — загадывай желание.
Иван набрал полные легкие воздуха, наклонился над горой крема и быстро затушил фитили, все, кроме одного. Муж опять сделал глубокий вдох… И тут из верхушки торта неожиданно высунулось нечто смахивающее на ракету, к потолку взвился сноп огня, Иван отпрянул. Я бросилась к супругу и обняла его. Слава богу, никто не понял, что он испугался, присутствующие завопили:
— Ура! Поздравляем!!!
Я крепко обняла мужа, а тот тихо сказал:
— Ну это не так ужасно, как тогда в детстве!
— Убью метрдотеля, — прошипела я, — сто раз ему сказали: никаких петард! Все! Конец Леониду пришел!
— Шоколадный гейзер! — ликовала Лапуля.
— Обожаю!!!
Я обернулась. Железная штука, которая выползла из верхушки бисквита, перестала извергать огонь, раскрылась и превратилась в фонтанчик, из которого вытекала растопленная коричневая масса.
Я отпустила Ивана. Рина вскочила и быстро пошла к метрдотелю. Выражение лица матери юбиляра оставалось любезным. Но меня ее улыбка не обманула.
