– А что бы ты за это отдала?
Не веря собственным ушам, я глупо таращилась на него и, не взвесив все как следует, выпалила:
– Что угодно! Эдвард улыбнулся:
– Например, пять лет?
Мои глаза потемнели: в душе боролись ужас и разочарование.
– Сама сказала: что угодно!
– Да, но за это время ты придумаешь отговорку. Мне нужно ковать железо, пока горячо! К тому же смертной быть опасно, по крайней мере для меня! В общем, что угодно, кроме этого!
– Три года? – нахмурился Каллен.
– Нет!
– И это называется «заветное желание»?
Боже, оно ведь и правда заветное! Лучше изобразить невозмутимость: не дай бог, Эдвард догадается, как сильно я мечтаю, чтобы меня изменил именно он.
Хоть время для маневров выиграю!
– Давай шесть месяцев!
– Нет, мало! – закатил глаза Эдвард.
– Тогда максимум год.
– Нужно хотя бы два!
– Ни за что! Девятнадцатилетие справить согласна, а двадцатилетие – нет! Раз ты навсегда останешься подростком, почему мне нельзя?
Каллен на секунду задумался.
– Ладно, забудь. Хочешь, чтобы я тебя изменил, – выполни всего одно условие.
– Условие? – От страха голос стал совсем бесцветным. – Какое еще условие?"
"В темных глазах мелькнула настороженность, и Эдвард медленно проговорил:
– Сначала выйди за меня замуж. Затаив дыхание, я ждала, ждала…
– Ладно, признавайся, в чем тут подвох?
– Белла, ты меня оскорбляешь! – вздохнул парень. – Я делаю тебе предложение, а оно принимается за шутку…
– Эдвард, пожалуйста, давай серьезно!
– Да я сама серьезность! – В золотисто-карем взгляде вовсе не было насмешки.
– Слушай, – ежесекундно рискуя впасть в истерику, проговорила я, – мне только восемнадцать.
– А мне почти сто десять – самое время остепениться!
Я отвернулась к темному окну, пытаясь совладать с паникой, прежде чем она станет слишком очевидна.
– Знаешь, брак вовсе не предел моих мечтаний. Для Рене с Чарли он стал началом конца.
– «Брак – начало конца»… Какое любопытное наблюдение!
– Ты понимаешь, о чем я!
Эдвард тяжело вздохнул:
– Только не говори, что боишься связывать себя обязательствами!
– Ну, не совсем так, – заюлила я.
– Скорее, боюсь Рене: у нее довольно жесткая позиция, замужество до тридцати она не одобряет.
– Потому что ей удобнее, если ты примкнешь к коронованным венцом безбрачия, чем к замужним! – мрачно рассмеялся Каллен.
– Это что, очередная шутка?
– Белла, если сравнить по важности обязательства брачного союза и жертвования душой ради вампирского бессмертия… – Эдвард покачал головой.
