Оставив папу в покое, я поднялась к себе, включила компьютер и, выбрав медицинский сайт, ввела в строку браузера слово «мононуклеоз».
Так, инфекционная болезнь, которую еще называют «поцелуйной», так как вирус часто передается со слюной во время поцелуя. Но как такое могло случиться с Джейком?! Я пробежала глазами симптомы – повышенная температура у него была, а остальное? Ни воспаленного горла, ни утомляемости, ни головной боли, по крайней мере, когда мы ехали домой из кино. Он сам утверждал, что в полном здравии… Неужели инфекция распространяется так быстро? Из статьи ясно: сначала все похоже на простуду…
Тупо глядя на экран монитора, я пыталась понять, зачем это делаю.
Откуда подозрения, почему не верю истории Билли? С какой стати ему врать Гарри?
Наверное, просто себя накручиваю. Беспокоюсь за Джейка, а если честно, волнуюсь из-за запрета с ним встречаться – это буквально почву из-под ног выбивает.
Желая узнать побольше, я просмотрела остаток статьи и запнулась на предложении, в котором говорилось: мононуклеоз может длиться от тридцати до пятидесяти дней.
Полтора месяца? У меня даже челюсть отвисла."
"Не станет же Билли так долго держать сына в изоляции? Конечно, нет, длительного одиночества Джейк не вынесет!
Чего боится Блэк-старший? В статье советуют избегать физических нагрузок, а про то, что не пускать посетителей, – ни слова. В конце концов, болезнь не такая опасная.
Неделю, я дам Билли неделю, а потом перейду к решительным мерам. Неделя – это более чем достаточно.
Время тянулось бесконечно. В среду я уже не верила, что доживу до субботы.
Решив оставить Блэков в покое на целую неделю, я малодушно надеялась, что Джейк ухитрится нарушить запрет отца. Каждый день, возвращаясь из школы, я бежала к телефону проверять автоответчик. Увы, сообщений не поступало.
Я сама трижды сжульничала, набрав заветный номер, но, очевидно, телефон до сих пор не работал.
Теперь я слишком часто сидела дома, потерянная и одинокая. Без Джейкоба, развлечений и бурлящего в крови адреналина возвращались страхи, которые я так старалась подавить.
Кошмары тоже набирали былую силу. Пробираясь по лесу или морю папоротника, я больше не чувствовала, что это обычный сон. Порой в лесу за мной следил Сэм, однако я не обращала на него внимания – присутствие Адли никак не скрашивало одиночества.
С Сэмом или без Сэма, кошмары заставляли просыпаться в холодном поту.
Зияющая рана в груди становилась все больше.
