Идиотский вопрос! Или Рома считает, будто у меня настолько бурная личная жизнь, что ночует у меня один, а засосы на шее ставит другой?
— Познакомишь? — карие глаза глянули с вызовом, а мне стоило огромного труда удержаться от истерического смеха. Ох, знал бы ты…
— Нет, не познакомлю.
Рома опасно прищурился:
— Я его знаю?
— Нет, не знаешь, — отрезала я, внутренне холодея от его проницательности, — и хватит уже обсуждать моих парней! Это вообще не твое дело.
Давай уже игру делать.
— Я думал, мы друзья, можем что угодно обсуждать, — невинно пожал плечами Рома.
Он сегодня очень хорошо выглядел в ярко-голубой футболке, красиво оттенявшей его смуглую кожу, и пахло от него по-прежнему приятно — лаймом и зеленью. Вот только… вот только по сравнению с терпким мужским запахом, который исходил от кожи Егора (а это был именно его собственный запах, потому что после душа он сохранился, став только ярче и свежее), Ромкин одеколон казался чересчур приторным и ненатуральным.
Я непроизвольно отодвинулась.
— Я тоже думала, что мы друзья, — сухо сказала я, — пока ты меня не предал.
— Не слишком ли громкое слово для одного косяка?
Ромка понемногу обретал свою прежнюю наглость. С одной стороны, я была рада — виноватый бегающий взгляд в его исполнении уже изрядно надоел, но с другой стороны, мои розовые очки влюбленности разбились вдребезги, и я уже не собиралась терпеть то, на что раньше закрыла бы глаза.
Например, на вот такое обесценивание моих переживаний.
— Какой поступок, такое и слово, — жестко сказала я. — И если мы продолжим разговаривать в таком тоне, я встану и уйду. И будешь сам доделывать игру.
— Все, молчу, молчу! — поспешно поднял руки Ромка, сообразив, что перегнул палку. — Только не злись!
Коды на локациях мы в этот день так и не написали. Сашка был занят, а без машины туда очень неудобно было добираться.
Но тут и без кодов дел хватало: мы делали реквизит, прописывали задания в движке, сочиняли бонусы. Пытались привлечь к процессу Локи, но он заявил, что слишком стар для всего этого дерьма, и максимум готов поагентить. В десять вечера мне позвонила мама, удостоверилась, что я жива, и отключилась. В одиннадцать написал Дарк. «что там у тебя?»
«пиздец. Это если коротко.
