Как обычно, Джон положил в лодку спиннинги, почему-то упорно продолжая считать меня рыбаком, хотя я рыбу в последний раз ловил еще в России, с друзьями под Красноярском. Впрочем, в Панаме рыбалка вроде как за одну из главных местных достопримечательностей считается, так что я пример крайне нетипичный, вот Джон в глубине души в такое не может поверить.
Сумки полетели в лодку, я уселся в белое виниловое кресло рулевого, подстраивая его под себя. Подвесной мотор завелся сразу, рыкнул, фыркнул, забурлил водой, и я повел лодку на выход из маленького порта, в Панамский залив, по тоненькой ниточке курса, проложенного навигатором к островам Ла-Перла.
Сразу же после выхода из порта лодку качнуло на волне, и я прибавил газу, поднимая ее на редан. Так и скорость выше, и трясет меньше. Волна шла с носа, и лодка резала ее как ножом, время от времени выбивая облака брызг форштевнем, которые бросало на нас, отчего Росита взвизгивала — жарко пока не было. Солнце поднималось слева, все выше и выше, расцвечивая волны искрами.
Справа пронеслись острова Наос, Перико и Фламенко — любимые места отдыха местных и туристов, два острова, соединенные с материком длинной дамбой, затем мы миновали стоящие на рейде у входа в Канал суда.
Мотор гудел ровно и мощно, за нами в стороны разбегались длинные «усы» белой пены. Когда мы вышли за пределы внешнего рейда, за лодкой увязалось несколько дельфинов, которым мы, правда, быстро надоели, и они свернули в сторону.
В сторону островов с утра пораньше двинули не мы одни.
Оглядевшись, можно было заметить еще несколько лодок, идущих с нами одним курсом, а вскоре и пара маленьких самолетов пролетела — на острове Контадора, единственном всерьез заселенном на архипелаге, была еще и взлетно-посадочная полоса, принимавшая туристов, заплативших за скорость доставки. Как пляжное место Контадора весьма популярен. Да и не как пляжное тоже, там и частных вилл хватает, причем самые дорогие виллы в Панаме тоже на Контадоре находятся.
Там жил, например, иранский шах Реза Пехлеви после того, как его стараниями бесноватого аятоллы от трона отпихнули."
"Потом над нами пару раз пролетел самолет панамской пограничной охраны — за малыми судами в этих местах сверху присматривают. Панамский залив изгибает свой берег крутой дугой, и восточное ее окончание упирается в берег уже колумбийский, и не просто в колумбийский, но еще и в самую кокаинопроизводящую часть Колумбии.
