Ты Мэри Ринг?
Она покачала головой.
— Уже нет. Мэри Ринг, дочь сумасшедшей проститутки и наркоманки, обслуживавшей клиентов-извращенцев, умерла в тюрьме. Или сразу как вышла, я уже не могу вспомнить точно.
— А кто же ты?
— Та, что родилась вместо нее. — Она улыбнулась мне. — Разве это важно?
— Нет, наверное. — Мысли у меня шли кругом."
"Да, это важно, потому что ты чудовище. Равно как и все те, кто идет за тобой. И неважно потому, что меня влечет к тебе даже сейчас, в эту самую секунду, и если ты просто подмигнешь, то я брошусь на тебя и буду трахать прямо в этом кресле, пока оно не развалится.
— Не пугайся, я знаю, что ты не такой, как остальные, — вдруг сказала она, поднявшись с кресла и налив себе еще вина. — Ты — редкость, уникум, аномалия. Я слышала о таком, но никогда не видела. И не чувствовала. Раньше.
Я просто смотрел на нее, ожидая продолжения. Она выглядела чуть пьяной, и ей хотелось говорить.
— Ты так до сих пор и не понял, что между нами происходит? — вдруг спросила она, снова уставившись мне в глаза все тем же пугающим взглядом.
— Схожу с ума рядом с тобой. Это единственное, что я знаю.
— Я тоже. Тоже схожу, тоже с ума, и готова жить в постели, не занимаясь в жизни ничем, кроме секса. И это потому, что мы разные. Как полюса у магнита, понимаешь? Со всеми ними, остальными, у меня никогда такого не будет. — Она махнула рукой куда-то в темноту. — Потому что это невозможно. Потому что Энн Хилли — злобная сука, которая не любит никого, кроме себя.
И не может любить. Да и тебя я не люблю, но… мать твою, как же я тебя хочу. Я почувствовала тебя в первую же секунду, когда увидела и… это даже не мой выбор, ты понимаешь? И не твой. Просто так вышло и так будет, У нас нет выбора. — Она добавила, растягивая слова по слогам.
— У нас есть выбор… Мэри. — Я назвал ее настоящим именем и увидел, как помрачнело ее лицо. — Я тебя хочу, но… Мэри, вы убиваете людей. Ты собираешь вокруг себя монстров. Ты сама — монстр.
— Да, монстр, — кивнула она спокойно.
— И чем дальше, тем больше я в этого монстра превращаюсь. Тьма затягивает. Зато ты — человек, трахающий монстра как хочет. Любым способом, в любое место, безотказно. И ты видишь, какая я с тобой. Ни одна женщина не будет такой, ты это понимаешь?
— Понимаю. Но… что дальше?
— А чего ты хочешь дальше?
Холод. Откуда-то потянуло холодом. Холодом снизу, где-то совсем близко подъем, но в доме не было ничего. Я встал, скрестив руки на груди.
