Молния за окном ударила с такой силой, что окна задрожали, а вокруг все вспыхнуло ослепительным белым светом. Мы с Филлиусом вздрогнули, он даже упомянул святых, а потом принялся заново ругать Руфуса, что рот на замке держать не может.
— Завтра собирается попечительский совет, будут решать, как поступить со студентами, но думаю, их оставят, — отбрасывая на пол тряпку, домовик подтянул свободный стул ко мне поближе и присел. — Для всех ты остаешься девушкой из Кулата, — Филлиус говорил недовольно, будто его угнетало такое отношение аристократов ко мне, он даже тяжело вздохнул.
За год я испытала и увидела многое, поэтому не сильно расстроилась такому определению — «девушка из Кулата». Меня и в Академии до сих пор многие воспринимали как нищенку, непонятно как оказавшуюся среди детей знати. Это отношение подогревали мои сводные родственнички, против которых я не могла открыто выступить.
— Ваша парность с Рэем под секретом, как и твое происхождение, поэтому детей аристократов из-за какой-то девчонки и оборотня, пусть и сына Альфы, не исключат.
В нашем обществе продолжает бытовать мнение, что маги — высшая раса. Оборотни, домовики, драконы и даже асары уступают им в чистоте крове, хотя это не так. Без асар магия исчезнет. Оборотни и драконы всегда охраняли границы, защищали не только свои интересы, но и интересы магов. Об их благородстве и чести слагались легенды. Они были против войны с асарами, но не нарушили мирный договор с империей, не встали на сторону асар, о чем, я думаю, до сих пор жалеют.
Мы, домовики, верой и правдой служим магам, храним секреты, порой ценой своей жизни защищаем господ, но не все это ценят, — рассуждения Филлиуса я слушала внимательно, ничего нового не узнала, но все равно было неприятно узнать, что за столько лет после войны мало что изменилось.
Новое поколение росло с такой же убежденностью, что они лучшие. Дети графа Стеркита яркий тому пример. Их уже не перевоспитать. Они и своих детей будут растить в неуважении к другим расам."
"— Рэй не оставит это дело без внимания, какое бы решение ни вынесли попечители, он накажет виновных, — Филлиус хотел меня этим успокоить, но лишь сильнее растревожил.
Граф Стеркит многое пережил, я не хотела, чтобы он еще переживал из-за невоспитанных неблагодарных отпрысков. Когда-нибудь я расскажу ему правду и надеюсь, наши отношения изменятся. Сейчас он не казался мне плохим человеком. Скорее человеком, потерявшим смысл жизни. Он хватается за надежду, чтобы жить и дышать.
