– И я решаю, где будут спать мои гости.
– Ну ты и говнюк, Аль Мансури! – рявкаю, едва сдерживаясь, чтобы не залепить ему пощечину.
Разворачиваюсь и решительным шагом топаю из комнаты.
– Оденься! – летит мне в спину.
– Да пошел ты! – отвечаю, не оборачиваясь, а потом сбрасываю полотенце и, распахнув дверь, иду в отведенную мне комнату.
Падаю на кровать и, завернувшись в одеяло, плачу. Хочу домой. Но что-то подсказывает мне, что моя жизнь уже больше никогда не будет прежней.
Просыпаюсь я после обеда. Сажусь на кровати и тру веки.
Потом обвожу взглядом комнату, застывая на плоских коробках, аккуратно составленных на столике. Навожу резкость, прищурившись и пытаясь понять, что это такое, но рассмотреть никак не получается."
"Встаю и теперь уже осознаю свою наготу. Если еще несколько часов назад, когда я покидала спальню Омара, мне было плевать, то сейчас хочется прикрыться. Прохожу в гардероб с намерением натянуть хотя бы свой купальник, но с удивлением обнаруживаю там женскую одежду, которой раньше не было.
Зачем-то оглядываюсь по сторонам, а потом снимаю с вешалки первое попавшееся платье. Длинное и красивое. Из легкой, но не прозрачной ткани.
В бельевом ящике я с удивлением обнаруживаю разных цветов комплекты с идеально подобранным размером. Одеваюсь и кручусь перед зеркалом. Рукава платья закрывают запястья полностью, пряча синяки, которые оставил этот варвар. От воспоминаний кожа мгновенно покрывается мурашками. Еще немного исследую полки и вешалки. У меня складывается впечатление, что Омар задумал оставить меня здесь.
Бред, конечно, но такое количество одежды на пару дней – это слишком. Зависаю, пытаясь осмыслить идею остаться с Омаром. С ужасом гоню от себя мысль о том, что мне могло бы это понравиться. Я бы не хотела всю оставшуюся жизнь провести в доме, окруженном песками. Практически в одиночестве, без возможности заниматься серфингом и бегать по пляжу в одном купальнике.
Наконец я добираюсь до коробок на столе. Два альбома, краски, кисти, карандаши цветные и для скетчей.
Столько инструментов для творчества, по которому я истосковалась за это время! Мне так не терпится начать, что я всерьез подумываю, стоит ли спускаться на завтрак. Но урчащий желудок принимает решение за меня. Бунт, который я устраивала эти пару дней, пора прекращать. Удовлетворенное тело требует нормального питания.
Спускаюсь на кухню и натыкаюсь на кухарку, которая замирает, глядя на меня расширившимися глазами. Эту женщину я еще не встречала в доме Омара.