Чуть раньше мне пришло сообщение от Райана, что он уже в Абу-Даби. Значит, отступать поздно. Я прошу Зухру не будить меня утром. Якобы я плохо спала последние две ночи, и завтра хочу выспаться. Сказала, что сама спущусь, когда проснусь. На самом деле ко времени, когда они обнаружат мою пропажу, я буду уже далеко отсюда. Буду лететь где-то над океаном навстречу новым приключениям.
Горжусь собой, что додумалась до этого сейчас. Позже, когда вырастет живот, у меня не будет физической возможности перелезть через огромный забор.
Пока я еще мобильна и поворотлива, надо этим воспользоваться.
Когда дом пустеет, я судорожно выдыхаю. Пульс разгоняется на максимум, когда я дрожащими руками собираю свой маленький рюкзак. В него кладу документы, снимки УЗИ как воспоминание. И пускай у меня будут новые, но к этим первым я отношусь с особым трепетом. Забрасываю туда смену белья и, окинув безразличным взглядом свою клетку, спускаюсь по ступенькам вниз.
Подхожу к щитку и выключаю свет во всем доме, кроме второго этажа, где в моей спальне горит ночник. Это должно усыпить бдительность охраны. А на первом этаже по всему дому установлены датчики движения, так что я должна была отключить электричество, чтобы на террасе не включился свет, как только я выйду туда. Мне нужна кромешная тьма.
Сейчас, пробираясь быстрыми перебежками между слепых зон камер наблюдения, я благодарна Омару – или кто там подбирал мой гардероб, в который затесалась черная одежда, – что меня не видно.
Остановившись на последней точке, прижимаюсь к стене и, прикрыв глаза, кладу руку на сердце. Оно грохочет, отбивая нестройный ритм с оттяжкой, заставляя меня волноваться и практически впадать в панику. Я держусь только на понимании того, что в конце пути меня ждет человек, который дальше все возьмет на себя. Райан – типичный сын своего отца, который умеет решать проблемы по щелчку пальцев.
Я целиком и полностью доверяю ему и точно знаю, что мне не нужно будет ни о чем заботиться, как только я сяду в его машину. Но до нее еще нужно добраться.
Сделав несколько спасительных вдохов, чтобы успокоиться, я обвожу взглядом темный двор и поворачиваюсь лицом к стене. Просто не будет. Но я в который раз мысленно благодарю отца за то, что он заставлял нас в детстве заниматься всем, что было в пешей доступности от дома.