Мне кажется, этот парень любит все самое лучшее. Девушка рядом с ним модельной внешности, с выраженными азиатскими чертами лица. Она ведет себя легко и непринужденно. Из чего я делаю вывод, что это не первое их свидание. Между ними есть любовь?
— Куда ты смотришь? — спрашивает мама."
"— Там сын Эдуарда Викторовича с девушкой, — киваю головой в сторону столика, за которым сидит Ян со своей девушкой.
— Да? Где? Нужно подойти поздороваться, — оборачивается мама.
— Не надо, мам. Зачем? — начинаю нервничать. Я уверена, Самсонов не обрадуется такой фамильярности.
Не думаю, что этот высокомерный наглый парень обрадуется, что к нему подошла прислуга. Как он объяснит это своей девушке? Скорее всего, просто нагрубит и поставит маму на место. Она расстроится, мы омрачим этот день. — Не надо, мама, пожалуйста, — хватаю за руку, когда она поднимается. — Мама, ему это может не понравиться… — тараторю я.
Наш негромкий спор привлекает внимание. Но хуже всего, что мы привлекаем внимание Самсонова. В этот момент мне хотелось провалиться под землю.
Ян смотрит прямо на нас. Что-то говорит своей девушке, поднимается из-за стола и идет в нашу сторону.
Глава 3
Ника
— Мама, сядь, он нас увидел, сам сейчас подойдет, — стараясь скрыть отчаяние и раздражение. Не люблю, когда она действует импульсивно, не задумывается о последствиях. На себя я тоже злюсь, не стоило так пристально наблюдать за Яном и его девушкой. — Не смотри на него, — шикаю, чтобы она не обернулась.
— Привет, — останавливается возле нашего столика Ян, у меня начинает жечь в солнечном сплетении.
Смотрит мне в глаза, маму будто не замечает.
— Здравствуй…те, Ян, — эту заминку замечаю не только я. Губы Самсонова дергаются оскалом. Он быстро прячет настоящие эмоции, но я ведь их заметила. Становится неуютно под его проницательным взглядом.
Зачем он подошел? Что задумал?
— Отдыхаете? — интересуется у меня. Притягивает стул, позаимствовав его у пустующего соседнего столика, подсаживается к нам.
— Празднуем день рождения Вераники, — радостно сообщает мама, игнорируя мой предупреждающий взгляд.
Аппетит окончательно пропадает, но я, чтобы хоть чем-то себя занять, доедаю десерт. Пока кусочек торта тает у меня во рту, можно не разговаривать.
— Тебе исполнилось семнадцать? — крутит между пальцев зажигалку. Мне непонятен его интерес. Его внимание к моей персоне вызывает внутренний протест. Не могут такие девочки, как я, искренне нравиться таким парням, как Самсонов.
