Но раз уж Эва все еще злилась на Майкла и к тому же сегодня возвращается в Англию, – ей удалось забронировать три билета на дневной рейс, – то ее совсем не волнует, что Майкл подумает, если по возвращении домой застанет ее за беседой с Пьером.
– Конечно, проходи. – Она сделала шаг назад, пошире открыла дверь, впуская Пьера, и закрыла ее за ним. Затем Эва поспешила в комнату, дети вели себя подозрительно тихо последние несколько минут.
Она не могла и предположить, о чем Пьер Дюпон хотел поговорить с ней…
Майкл был вне себя.
Он пришел на работу два часа назад, а теперь решил вернуться домой, потому что все тем утром шло наперекосяк. Пьер так и не появился в галерее, и Майклу пришлось звонить его жене, чтобы узнать, где он, но дома его тоже не оказалось, значит, он едет в галерею.
Еще полчаса он дожидался появления Пьера и объяснений по поводу его опоздания. Чем дольше он ждал, тем чаще возвращался в мыслях к тому, что Эва сейчас, может быть, уже едет в аэропорт; он нисколько не сомневался в том, что, если билеты есть, она обязательно их купит, и к черту Майкла с его объяснениями! Тогда он встал и ушел, оставив озадаченную Мари за старшую, а сам поспешил домой, надеясь застать Эву там.
Когда он открыл дверь, из квартиры не доносилось ни звука. Раньше тишина радовала его, а теперь ему стало тревожно. Он опоздал. Эва уехала и увезла детей!
У Майкла опустились плечи. Он зашел в гостиную и не поверил своим глазам: дети мирно спали в коляске, рядом стояли два чемодана, Эва тихо сидела в кресле, бледная и прекрасная, словно статуя Беллини.
– Эва? – тихо позвал он.
Она повернулась к нему, глядя на Майкла синими бездонными глазами.
– Все кончено, Майкл, – без тени эмоций сказала она.
Сердце в груди у Майкла перевернулось.
– Дай мне хотя бы шанс все объяснить…
– Тебе нечего объяснять, Майкл, – ответила тем же голосом Эва, – больше не нужно. Такси подъедет через пару минут, но… Я рада тому, что могу поговорить с тобой до того, как уеду.
Чтобы извиниться. – Она неровно вздохнула. – Майкл, ты был прав… Это не Рейф.
Он непонимающе посмотрел на нее:
– Что – не Рейф?
Эва не смотрела на него, на губах у нее появилась грустная улыбка.
– Отец близнецов не Рейф.
– Не Рейф?
– Нет, – сдавленно ответила она.
– Откуда ты знаешь?
– Знаю, потому что сегодня утром сюда приходил их отец!
Майкл не мог поверить своим ушам.
– Что? Кто? Как это, сюда приходил? – сыпал вопросами он.
