Книга Няня из Чайноботтам — читать онлайн бесплатно полностью

Нет уж, это не Джаспер Доу…"

"Казалось бы, чего ему, громадному и сильному, вооруженному верной дубинкой констеблю, бояться, но в душе неожиданно поселился какой-то по-настоящему липкий и при этом царапающий страх.

«Там не человек…»

– Эй… гм… ты… – Хоппер будто потерял голос, но почти сразу нашел его и пробасил: – Эй ты, говорю! К тебе обращается полиция Габена! Шаг вперед! И без глупостей!

Фигура качнулась и, истончившись, исчезла.

Хоппер вытаращил глаза, а затем, сорвав с пояса дубинку и едва не саданув себя же, шагнул туда, где, как ему казалось, только что кто-то был.

Облезлая кирпичная кладка, трубы, вентили – и никого.

– Да что ж мне это все мерещится уже?!

Вернув дубинку на пояс, Хоппер поспешно покинул переулок и двинулся вниз по улице, ускорив шаг. Сердце было не на месте. Сперва хихиканье, потом… Нет, ну это уже бред какой-то!

Сестра часто говорила, что когда начинает мерещиться, нужно проверить, нет ли лихорадки, и констебль тут же проверил: сняв с руки перчатку, прикоснулся ладонью ко лбу.

Жара нет.

Может, дело в тумане? Поговаривают, что он частенько играет с разумом людей – кругом все зыбкое, неверное, город в тумане постоянно меняет форму, искажается. Даже звуки превращаются в нечто иное: вон гудок клаксона похож на крик птицы, а разговоры прохожих – на шелест газетных страниц. Во мгле еще и не такое увидишь и услышишь.

С каждым пройденным кварталом и без того пренепрятное настроение констебля Хоппера все ухудшалось.

Город был сырым, как выставленные за дверь башмаки, осенний холод пронизывал до костей – будто призрак забрался за шиворот.

Хихиканье больше не раздавалось, но Хоппер то и дело оглядывался, выискивая во мгле подозрительное. Беда в том, что кругом едва ли не все выглядело… подстроенным. Прохожие появлялись из тумана и в нем же и исчезали, словно отыгравшие свои партии актеришки. Мимо проехал экипаж, и, как ни вглядывался, констебль не смог никого различить за рычагами. Некоторые газовые фонари на столбах то гасли, то загорались вновь, при том что некому было их зажечь.

В голове Хоппера крысой под половицей зашуршала мысль: «Что-то здесь творится…»

На углу стоял ржавый рекламный автоматон. Его руки со скрипом дергались, как у механического пугала, цилиндры в груди вращались, но из голосовой воронки вырывалось лишь шипение – как будто запись закончилась или в Саквояжне попросту не осталось дребедени, которую можно втюхать доверчивым прохожим.