А вот её компания бесила и я старалась снизить возможность нашего общения. Считали меня недостойной их общества, залетевшей малолеткой, которая не вписывалась. Я и не старалась, но соседка видела, как иногда меня выворачивает от одиночества, и старалась вытянуть развеяться, провести время типичной студенческой жизнью, которой у меня никогда не было.
Многие говорили мне, что рожать в восемнадцать глупо и будет моей величайшей ошибкой. Я оказалась на улице, без денег и вещей, без представления, как жить дальше.
Как родить ребёнка, выносить и обеспечить, где взять деньги на квартиру и время на университет.
Возможно, они были правы. Я плакала от бессилия, бегала с одной смены на другую, забегая в сад и университет. Я бы не выдержала, не смогла, умерла бы с голоду, если бы мужчина, совершенно чужой, случайный прохожий, не помог мне. За специфичную плату, но помог, дал шанс на будущее. А дальше всё зависело от меня.
Пришлось учиться подавлять злость и раздражение, объясняя элементарные вещи, которые ребёнку казались очень важными.
Привыкнуть к правильному распорядку дня и ставить чужие приоритеты выше оказалось ещё сложнее.
Я часто сидела ночами, уставившись в потолок, а в голове вертелась лишь одна мысль — «Зачем я это делаю, зачем мне все это?», а с утра собирала себя с нуля, натягивала улыбку на лицо и шла воспитывать ребёнка. В оплату мне были улыбки сына, его слюнявые поцелуи в щеку и объятия перед сном.
Что ж, если рожать в восемнадцать было ошибкой — то я с удовольствием повторила бы её.
Иногда нужно совершать ошибки, чтобы получилось что-то действительно прекрасное.
Но за некоторые ошибки мне ещё предстоит заплатить слишком много.
Глава 2
Арина
— Я домой, — шепчу Асе, обращая внимания на позднее время.
— Я к Ромчику поеду, — шепчет и смущается, от чего на светлой коже загорается румянец, ещё более выделяя веснушки. Боже, они встречались уже полгода, а соседка краснела от любого намёка на интим.
— Хорошо, веселитесь. Всем пока.
В ответ мне вежливые кивки. Забираю сумку и иду к выходу. Приложение показывает, что такси будет только минут через пятнадцать, но хочу на воздух.
По пути вижу Клыка, всё возле того же бара, флиртующего с какой-то девушкой. Она что-то шепчет ему, прижимаясь близко, как недавно он сам прижимался ко мне. Мне не должно быть неприятно от этого, но раздраженно фыркаю и смешу на выход.
