И службы у нас всякие такие есть и дураков хватает. Вот знаем мы с Милашем — и хватит! Я так понял, что дорога эта — он махнул рукой назад — твоих рук дело?
Я оживилась:
— Да, папа, я сейчас научилась делать не сразу все махом, а понемногу и не устаю, как первый раз. Я тогда ещё и сама не поняла, что происходит и сильно напугалась, вот так и вышло. Давай, я сейчас, пока нет никого тут, покажу тебе немного? Только это не быстро.
Так и просидела я все полтора часа, привалившись к отцовскому плечу, а он обнимал и поглаживал меня то по голове, как маленькую, то по спине.
И даже за это время я устала меньше, чем обычно. То ли просто наловчилась уже, то ли помогала поддержка отца. Но результат — примерно полкилометра ровной, без ям и ухабов дороги, имелся.
Но вот мелькнула у меня мысль и я тут же, чтобы не иметь опять секретов от отца, озвучила ее."
"— А ведь та женщина, или богиня, я до сих пор не поняла, кто это был, сказала, что магия из этого мира не уходила никогда, просто забыли люди и не верят. То есть, любой нормальный человек, без злобы и грязи в душе, может сильно поверить и проснется в нем магия? Я же тоже долго не могла поверить, а потом выхода у меня не было другого, пап.
Милаш ведь тебе рассказывал, что тут было? Вот и оставалось мне только сильно — сильно поверить и захотеть, чтобы все получилось. Ты только не думай, что все само раз и получилось! Ничего подобного! Процентов на 90 это просто обычный труд и только чуток магии. Я вот ещё камешки такие сделала, охлаждающие, чтобы можно было положить в ящик с продуктами, и они будут храниться в холоде и не портиться! Вот домой приедем — покажу! И ты, когда в столицу поедешь, тоже в ящики с товаром положу, чтобы ничего не испортилось.
Мы развернулись и поехали потихоньку домой. Как я ни хорохорилась, но все равно я устала, да и разговор и слезы добавляли моральной опустошенности. Но, главное, отец не испугался, не отстранился, принял меня такой, какая я есть и поддержал. А это самое главное!
Глава тридцать шестая
Идет мужик по пустыне, видит колодец и решил измерить глубину.
Кинул булыжник, тишина. Видит — шпала, и тоже туда кинул ее. Прислушивается, но никаких признаков падения. Только уходит, на мужика коза летит, глаза с баскетбольный мяч. Мужик отошел и коза прямиком в колодец. Через время подходит старик:
— Слышь, мужик, ты козу не видел?
— Так, папаша, в колодец прыгнула рогатая.
— Странно, вроде к шпале была привязана.
Склоненная голова не всегда принадлежит рабу.
