Ты ведь раньше тоже не интересовалась моей жизнью!
— Но это же неправда! Ты просто не говорил мне, что в твоей жизни были эпизоды, которые явились очень… болезненными или обидными для тебя и которые до сих пор тебя преследуют. Когда я спрашивала тебя о твоем прошлом, о семье, о старых друзьях, ты всегда уклонялся от ответа. Ты всегда был тем веселым Мариусом, который легко смотрит на жизнь, который решает все проблемы и попутно справляется с учебой в университете и находит кучу времени для веселых забав. Как я могла догадаться, что в твоей жизни были… невзгоды?
""Ты прекрасно это чувствовала.
Ты знала, что с ним что-то не в порядке. Но ты затратила массу энергии, чтобы тут же отстраниться от всего, что могло заставить тебя задуматься"".
Глаза Мариуса на мгновенье показались его жене такими же, как раньше, — ясными и добрыми; из них исчезла болезненность. Но Инга знала, что ей незачем себя обманывать. Муж мог с минуты на минуту опять стать ее врагом. Он был опасен, и об этом ей ни в коем случае нельзя забывать.
— Ты права, — мягко произнес Мариус, — я не хотел говорить об этом. Я чувствую себя лучше, если не думаю об этом. Зачем мне портить себе жизнь? Передо мной — хорошая жизнь, понимаешь? Я сдам экзамены на ""отлично"" и стану первоклассным адвокатом. Для меня будут открыты самые известные юридические конторы. Зачем мне заниматься делами, которые давным-давно миновали?
Он выглядел таким нормальным и смотрел на Ингу так вопрошающе и открыто, что сейчас ей особенно четко представилась вся абсурдность ситуации: то, что она сидит здесь перед ним со связанными руками и ногами, что где-то наверху в доме Ребекка тоже лежит или сидит связанная, и можно только молиться, чтобы она вообще была еще жива.
""Он опасен. Ни на секунду не забывай об этом!""
— Самое ужасное то, — сказала Инга, — что мы никогда не сможем избавиться от своего прошлого. Мы можем снова и снова, на разных этапах, отстраняться от него, но оно все равно всплывает, возвращается к нам и делает нашу жизнь тяжелой.
По-настоящему, навсегда нам никогда от него не избавиться. Но лучше, если…
Она посмотрела на мужа, стараясь определить, смогут ли ее последущие слова снова отдалить его от нее. Мариус выглядел спокойным."
"— Но лучше, если мы когда-нибудь признаем его, — продолжила Инга, — посмотрим ему в лицо, попытаемся посмотреть на него с разных сторон — и с этого момента жить с ним. Только тогда мы сможем его переосмыслить.
Ее муж начал покусывать нижнюю губу.
