Ребекка, должно быть, купила и читала их еще в те счастливые времена, а потом, вместе с ее уходом в полную изоляцию, в ней, очевидно, погас и всякий интерес к сплетням и пересудам ее родины.
Инга решила отправиться обратно в постель и почитать. Иногда ей это помогало. Хотя она и не могла припомнить, чтобы когда-либо была до такой степени взволнованной и нервозной.
Когда она проходила мимо маленькой ванной для гостей, находившейся внизу, то заметила, что ее дверь открыта. Такого обычно не случалось, а сегодня — Инга хорошо это помнила — дверь была закрыта, когда она вечером отправилась спать.
Хотя она, конечно, не могла в этом поклясться.
Ее беспокойство возросло. Инга хотела закрыть дверь и внезапно почувствовала, что ее коснулся поток воздуха. Сквозняк где-то в глубине дома.
Инга заглянула в маленькую ванную.
Ей не сразу удалось что-то разглядеть, потому что единственным источником света были звезды, но одно ей стало ясно в первые же секунды: окно должно быть открытым, потому что с улицы задувал ветер.
""Кто же оставил здесь открытым окно?"" — спросила она себя в замешательстве, но уже в следующее мгновение, когда ее глаза привыкли к темноте, ей удалось разглядеть, что окно не просто распахнуто. Его стекло было разбито, и пол ванной комнаты покрывали осколки.
Кто-то залез через это окно.
Кто-то был в доме.
Возможно, звон оконного стекла и разбудил Ингу. А последовавшее за этим ощущение опасности было вызвано ее инстинктом — тем самым безошибочным инстинктом, присущим диким животным, который каким-то необъяснимым образом сигнализирует им о близости опасности еще до того, как ее признаки станут ощутимыми.
Женщина отпрянула назад — так тихо, как только могла — и замерла посреди прихожей, едва дыша и обдумывая, что ей теперь лучше всего сделать. Если кто-то был в доме, то где находится этот человек? Почему он не показывается? Ведь он должен был заметить, что кто-то проснулся. Инга старалась не разбудить Ребекку, но ведь она включала свет в гостиной, а потом — телевизор… Это не должно было ускользнуть от взломщика.
Или он уже ушел? Искал ли он деньги, а найдя их, снова скрылся?
Ничто не указывало на то, что вещи в доме были перерыты и что кто-то что-то искал. Но чувство опасности, которое испытывала Инга, ничуть не уменьшилось. Волоски на руках встали дыбом, сердце колотилось; все тело напряглось; она старалась уловить малейший звук или движение в доме.
