Ловлю себя на том, что замечаю каждую мелочь в ней, вплоть до изгиба ресниц.
Почувствовав на себе мой оценивающий взгляд, Ксения несмело поднимает глаза. Какое-то время играем в игру «кто кого пересмотрит», пока Миша не пристает к ней с очередным банальным вопросом: в каком институте учится прекрасная дева? От словосочетания «прекрасная дева» отчетливо несет нафталином. Неужели он верит в то, что она обратит внимание на старого козла?
О, еще как верит! Рассказывает ей, какой он крутой и богатый. Усмехаюсь и выхожу из-за стола перекурить.
Нет больше сил сидеть в напряжении и слушать этот бред.
-6-
Михаил Петрович нашел во мне свободные уши. Так вот он какой – могущественный дядя, который встал за племянника горой и не позволил выгнать Влада из Теплостраха! Старый – могу охарактеризовать его одним словом. Уже дважды он брал меня за руку своими костлявыми пальцами. Мне противно. Извиняюсь и иду в туалет. Просто посижу на подоконнике, переведу дух.
В коридоре натыкаюсь на Ростислава Андреевича.
Он сидит в плетеном кресле в месте для курения. В руке зажженная сигарета. Всего единственный раз я видела курящим, и лучше не вспоминать когда. Сегодня вот второй. Не знала, что у него есть вредные привычки.
Прошла мимо него, но он окликнул негромко:
– Ксения!
– Да? – поворачиваюсь к нему лицом.
– Как поживешь? – спрашивает равнодушно.
– Нормально. А Вы?
– Я тоже неплохо, – выпускает струю дыма. И почему-то у него это получается красиво.
Вот и все – больше нечего сказать друг другу.
Тушит сигарету и встает с кресла. А затем, словно как в фильме на быстрой перемотке: в два шага оказывается рядом со мной, прижимает спиной к стене и смотрит в вырез на груди.
– Держись подальше от Вострикова старшего, – говорит Тепляков. – Он нехороший человек.
Дышу рвано, потому что близость его мускулистого тела будоражит кровь. Он снова пропитает мое платье своим парфюмом, отстраненно думаю я. Его зрачки расширены, в них плещется ярость и злость. Я же не виновата, что дядя Влада заинтересовался мною.
Хочу сказать об этом, но понимаю, что это будет выглядеть как жалкое оправдание.
– Я и не собралась общаться с ним, – выдавливаю из себя.
– Зато он собрался. Никогда, слышишь, ни под каким предлогом не садись в его машину! – смотрит на мои губы так, будто собирается их поцеловать. – Черный Джип Чероки. Ты меня поняла?
– Неужели Вам не все равно?
Отпускает меня и усмехается:
– Я тебя предупредил. Делай, как знаешь.
